Вера религия и смысл жизни человека

Вера, религия и смысл жизни человека

Согласно популярным религиозным вероучениям, человек — это венец замысла бога при творении материального мира, притом он единственный наделён нематериальной душой и создан по образу всемогущего бога. Смысл жизни человека — умереть с минимальным количеством грехов, чтобы рассчитывать на прощение и вечное благоденствие души в раю. Красивенькая сказка, придуманная, чтобы убить стремление к счастью на Земле, убедить человека стать смиренным и благопристойным, уважать циклопические масштабы богатства олигархии и её тираническую власть.

Диаматика [диалектический материализм] же учит, что общество — это форма материи. Материя особого рода, особенность которой заключается в субъективной сознательности людей, образующих её. Объективная реальность независима от сознания, но сознание зависит от содержания общественного бытия и не содержит ничего, что бы не являлось отражением действительности. Сознание — это высокоразвитое свойство материи к отражению форм бытия, по сути — взаимопроникновение двух материальных систем: человека и природы. Человек отражает в своей голове объективный мир, а затем в своей деятельности преобразует его на основе познания. Развитие материи порождает сознание, а уже сознание приводит в движение объективные материальные силы общества, и таким образом происходит социальное движение, так общество существует.

Из сказанного видно, что религия также является отражением какой-то объективной реальности. Вопрос лишь в том: она есть отражение существования бога или искажённое отражение каких-то господствующих над человеком сил в мистической форме.

Религия есть опиум народа. Иными словами, религия — это форма классовой борьбы за ликвидацию субъективного фактора социальных революций путём насаждения алогизмов, веры и намеренного атрофирования мышления.

Но не стоит путать веру и религию. Вера может быть порождена и индивидуальным, бытовым легкомыслием. Тогда как религия есть форма отношений между классами, комплекс идей и учреждений, созданных для удержания эксплуатируемого большинства в состоянии раболепия и немощи.

К таким выводам приводит научное исследование феномена религии.

Клирики стараются сделать вид, что атеизм предполагает бесцельную жизнь, аморальность, стремление к земным наслаждениям и тому подобное. Поскольку мы стремимся доказать необходимость не просто атеизма, но диаматического мировоззрения, постольку важно показать, что наука вооружает человека действительно продуктивной и предметной моралью.

В чём смысл жизни человека с научной точки зрения? Общество по отношению к отдельному индивиду первично и определяюще. Личность есть выражение и проявление общества. Таким образом, смысл жизни человека диктуется объективными требованиями общественного прогресса.

Известны слова Ленина:

Человек испытывает обоснованные объективными законами прогресса потребности познавать и творить, любить и быть любимым. Познание и творчество есть формы реализации трудовых сил человека, а любовь, дружба, коллективизм есть наиболее гармоничные формы взаимоотношений между людьми. Материальные блага и комфорт необходимы человеку в тех разумных пределах, которые служат реализации этих потребностей. Так обстоит дело, если посмотреть на сущность человека и общества абстрактно.

В реальности же, разделение общества на классы и все вытекающие из него противоречия сковывают человека, создают тиранию антиразумных общественных отношений — капитала. Поэтому борьба за коммунизм, то есть за ликвидацию классов и выстраивание системы общественных отношений на основе науки, является насущным, объектным требованием прогресса. И только в его реализации человек может обрести всю полноту значения своей жизни.

В научно-обоснованном служении обществу содержится действительное счастье и смысл жизни.

Таким образом, никакой особой интимности, духовности и мудрости в вере и религиозности нет. Одно лишь невежество и самообман.

Источник

Человек и религия. Или как верующему человеку найти баланс между религиозными догмами и реалиями

Мне пришло письмо и в нем читательница этого сайта задала мне вопрос, который не просто мне понравился. Этот вопрос отражает самую суть современной дилеммы верующего человека; следования правилам религиозных писаний, некого страха перед законом Божьим и нашей реальностью. Человек и религия: догмы и реальность, тема, которую не могу обойти стороной.

Далее привожу вопрос читательницы на правах разрешения публикации этого вопроса.

Скажите пожалуйста, вот религия трактует одно, вселенная и психология противоположное, где правда, чему верить? Религия загоняет в такие рамки согласно заповедям, что не знаешь как жить. Всё грех куда ни коснись. Тогда зачем нам здесь столько всего увлекательного? Получается, если я что-то не соблюдаю, меня будут наказывать после смерти. Я хочу быть в религии, но она меня пугает своими рамками Божьего закона. Что вообще от нас хотят, мы же не просто так на Земле живём? И какие нас ждут мытарства после смерти? За ранее благодарна

Решил сделать ответ максимально развернутым, поэтому публикую в виде статьи.

Основа основ

Сразу оговорюсь, что я не являюсь противником религии. Также никогда не стану защищать одну религию и принижать другую. Более того, себя считаю верующим человеком. Сам 30 лет придерживаюсь некоторых принципов, которые дают мне право писать по данной теме.

Начну с того, что любая религия дается Богом, но с учетом:

  • места и времени.
  • менталитета народности.
  • возможностями и уровнем восприятия человеком тех или иных религиозных правил и предписаний.

Бог не делает различий между нациями, поскольку нация это земная привязка по месту рождения. Мы, как его частицы, не имеем нации в своем духовном плане. Скажу больше — Бог не имеет национальности. Он не еврей и не русский, не американец и не индус.

У нас есть такие рамки. Бог не может быть в рамках нации по определению.

Иначе не все дети Божьи, из этого не все равны. Значит есть избранные, что приводит к геноциду, фашизму и так далее. Бог не может быть в любых рамках, иначе это не Бог. Разве Бог может быть ограниченным в чем-то? Наше сознание всегда чем-то ограничено, поэтому мы сознательно или неосознанно накладываем рамки на Бога.

Прежде чем идти дальше, скажу еще больше. Бог не ограничен только нашей планетой. Он не ограничен всей вселенной и даже всем материальными мирозданием.

Какая еще нация или религия в масштабе всех вселенных? Понимаете?

Для нашей земли даны определенные религии. Для человеческих существ на других планетах далеких галактик — другие.

Поэтому, еще раз. Религия дается на ее разных уровнях веры, знаний, правил следования и так далее. Все в соответствии с местом, временем и обстоятельствами. Только для того, чтобы каждый народ смог подняться на ступень выше с любого уровня.

Какой бы официальной религии (не выдуманной модной секте) не следовал человек, для него это будет благом. Все потому, что он идет по той дорожке, которая ему сейчас понятна, согласно ментальности. Нет смысла первокласснику давать тригонометрию в пространстве. Каждому свое и в нужное время. Бог мудрее, чем мы думаем. Критиковать любую религию, значит совсем не понимать Бога, не видеть Его руку и Его мудрость.

Мы не одни во вселенной, также как в школе не только первоклассники.

Как написано в Библии. «Я многое могу сказать, но все вы не вразумите». Это все к тому, что если мы чего-то не видим и не понимаем, вовсе не значит, что этого нет.

Человек и религия: догмы и реальность. Еще один важный аспект

Поняв вышеизложенное, мы можем на ином уровне восприятия понимать земной путь человека. Однако, здесь не можем обойтись без еще одного наиважнейшего аспекта мироздания и смысла жизни вселенной.

Если человек верит в Христа или считает себя мусульманином, суть от этого не меняется. Ведь любая религия говорит о жизни после смерти. Еще точнее, о вечной жизни после смерти. А это подразумевает, что душа, не зависимо от того, вернется ли к Богу или нет, переродится вновь.

Открою еще один большой секрет.

Единицы возвращаются к Богу. Почему? Ответ прост. Потому что единицы сделали единственной целью этой жизни возвращение к Богу. У 99.99% людей есть сотни других первостепенных желаний, а быть рядом с Богом это где-то рядом, но не на первом месте.

Так почему Бог должен забирать к себе душу, которая на первое место ставила вполне себе материальные цели? Бог не выполняет наши желания? Еще как выполняет, только далеко не всегда в этой жизни. В следующей жизни у многих из нас будет возможность получить материальные блага.

То есть — что больше всего желали, то и получим.

Получим в следующей жизни. И так из жизни в жизнь. Правда, в соответствие со своей кармой. Ведь душа вечна. У нас бесконечное количество попыток получить свое. Более подробно, по свойствам и качествам души я пишу в другой своей статье .

Быть или не быть

Теперь, имея на вооружении два важных аспекта, можем более плотно переходить к сути вопроса.

Итак, как быть верующему человеку среди религиозных правил, предписаний, под некоторым давлением или страхом от представителей конфессий и Божьей каре после смерти. Как быть со своими чувствами, особенностями, привязанностями, сексуальным влечением (кстати естественным), другими своими потребностями.

С одной стороны душа тянется к Богу, или к духовному началу. А другой стороны, многих из нас отталкивают жесткие правила «церкви», религиозные рамки. Вот это грех, и здесь нельзя. Разве Богу нужен наш страх? Мы вроде знаем, что мог всемилостив. Но в то же время, нам внушают, что Его немилость после нашей смерти неизбежна, если человек, например не крещен.

А что тогда говорить об аде? Немудрено, что многим проще отмахнуться от религии, поскольку все очень жестко, во многом ограничено, да еще есть угроза того самого ада. Так многие люди и делают. Я их прекрасно понимаю.

Другими словами, кнут и пряник в классическом исполнении.

У многих здравомыслящих людей, со свободным и широким мышлением, возникает масса противоречий. Что было в порядке вещей во времена средневековья, сейчас не укладывается ни в какие рамки. Когда все верили, что земля плоская, то и спокойно принимали доктрину ада, рая, карающей руки Бога.

В то время это было уместно, поскольку была необходимость снизить уровень жестокости среди людей. Ведь убивали без суда и следствия.

Однако, время изменилось, а религия, по сути, нет.

Современным людям нужны новые знания. Те, знания, что выходят за постулаты классических религий, но многие из них не могут дать этого, да и никогда не смогут это сделать, поскольку нацелены на иное. По сути цель — свести в определенные рамки. Но люди начали мыслить по иному. Им важно и интересно то, что выводит их из рамок. Повторюсь, мы выросли со скамьи первого класса. Но нас вновь и вновь учат 2+2=4 и что такое хорошо, а что такое плохо.

Многие из нас понимают, что мироздание не ограничено религией, но есть более тонкие «материи», и это объективно. Многие уверены, что человеческое счастье и религия несовместимы.

При всем этом, вовсе не значит, что Бога нет или он изменился. Он все тот же. По мере нашего роста, Он приоткрывает все большие и большие знания, о которых не могло быть и речи раньше.

Эра новых знаний

Звучит громко и может пафосно, но это так. В этом веке люди окончательно изменятся в части восприятия религии. Точнее классических адептов будет все меньше и меньше. Человек и религия: догмы и реальность станут особенно широко и свободно обсуждаться. Развивающаяся наука также невольно поможет в этом.

У Бога нет противоречий между духовными и материальными знаниями. Все от него. У религии, предназначенной для определенной эпохи — есть. Мораль, как честность, нравственность, не укради и так далее останется. Но если говорить прямо, то все это может быть и развиваться и без религии. Многие атеисты — высоконравственные люди.

Что несут новые знания? Главным образом — свободу!

Уже сейчас многие люди не могут духовно развиваться в стесненных рамках и догмах одной религии. Духовный рост невозможен без глубокого познания себя и окружающего мира, всех тонкостей и разнообразия духовных практик, философий, познания психологических своих аспектов, взаимосвязи себя и космоса, своего сознания в общем мироздании.

Слово «нельзя» или грех весьма относительны.

Конечно, убийство или воровство, это нельзя и грех в любом случае. А что насчет того, что нельзя или греховно погрузиться в ту же медитацию? Или тот же фен-шуй? Грех? А что по поводу эскимоса, который еще 100 лет назад ничего не знал и Христе, не крестился, жил себе счастливо. После смерти эскимос отправился бы в ад? Он разве виноват, что родился эскимосом и до него не дошел миссионер?

А 1,5 миллиарда Индусов и столько же Китайцев также обречены на муки вечные, только потому, что их угораздило родиться не на земле православной? Куда смотрел Бог, дав родиться такому количеству людей не рядом с церковью? То есть 3 миллиарда человек плюс все мусульмане и католики менее избраны, чем православные?

Или наоборот. В глазах мусульман, все мы неверные и всем греть в гиене огненной?

Земля, как место для веры и безверия

Возвращаемся к тому, что Бог не делит нас по нациям и даже по религиям. Он вообще нас не делит по рамкам атеист и верующий. Вера в Бога это дело каждого. Бог дает нам свободу выбора и он очень ценит эту свободу и никогда на нее не присягнет.

Читайте:  15 способов распознать знаки вселенной

Земля, уникальное место для всех. То есть, если мы хотим верить в Бога, то мы можем здесь увидеть Его невидимую руку. Если нет — то здесь есть все, для тех, кто не хочет чтобы Бог вмешивался в их свободу выбора. В этом Его высшая мудрость.

В этом мире душа хочет попробовать все. Бог позволяет это сделать каждому. Из жизни в жизнь мы пробуем, обжигаемся, пробуем иное, «грешим» в той или иной степени, ищем себя и свой путь. Чужой опыт — не опыт, или не попробуешь — не поймешь.

С абсолютной точки зрения все совершенно и идет своим чередом.

Вопрос лишь в том, что чем выше степень наших тяжелых поступков, тем будет сложнее и беднее следующая жизнь. Чем меньше у нас отрицательной кармы, тем получаем лучше рождение, и у нас больше свободы познавать мир и себя, а не бороться за кров и хлеб.

По сути это все.

На абсолютном уровне нет греха, за который мы расплачиваемся вечно. Сделали «нельзя» получили обратную реакцию, как бумеранг. Поняли — хорошо. Не поняли — тогда еще разок и так далее. Мы также поступаем со своими детьми. В том или ином виде, или степени наказываем ребенка, но не с целью его вечных мучений, а с целью осознания поступка. Любовь к нему от этого у нас не пропала.

Мудрый родитель даст разобрать без возможности восстановления своему ребенку какую-то игрушку или даже будильник =)). Да, это не правильно с одной стороны. Но важно в познании вещи — с другой.

Бог нам ничего не запрещает. Но он предупреждает.

За это будет так, а за то вот так. Поступай, как знаешь. Тебя все равно люблю и буду любить всегда. Как будешь готов прийти ко мне, дай знать. Я тебя слышу. Тогда я займусь твоим обучением, и из жизни в жизнь буду помогать тебе с учетом твоих уроков, чтобы мог максимально быстро их пройти и вернуться ко мне.

Человек и религия: догмы и реальность. Итог

Итак, как родитель не заинтересован в ущемленном ребенке наполненным страхом, так и Господь хочет, чтобы мы были счастливы и дышали полной грудью. Поэтому, с одной стороны, через различные источники, Он говорит, что не будем долго и полноценно счастливы забрав чужое или счастливы за счет кого-то. Это принесет нам лишь кратковременное ощущение счастья в виде обладания вожделенной вещью.

С другой — говорит о жизни вечной и блаженной рядом с ним. Пока мы не знаем этот вкус. Он не знаком нам и пока не понятен. Опять же, Бог не торопит нас. Все происходит очень постепенно. Сначала чувствуем прилив счастья и энергии при совершении благого дела. Чем больше появляется этого вкуса, тем меньше получаем удовольствие от обыденных, бытовых удовольствий.

Наше сознание очищается из жизни в жизнь. Мы начинаем переключать свое внимание на духовные аспекты своей жизни. И также пробуем все понемногу и постепенно. Да, мы все еще «искушаемся» на мирские удовольствия. В материальном мире, без этого почти невозможно. Но мы на верном пути.

Единожды встав на путь к Богу, почувствовав этот высший вкус, душа уже никогда его не забудет. На этом пути, Бог больше обращает внимание на шаги к нему, чем на наши проступки. Все подобно тому, как мать не ругает свое дитя за то, что вновь облился соком или «надул» в штаны. Куда больше ее радует первые шаги своего ребенка, и когда он скажет слово «мама». Что говорить о том, что ребенок искренне прижимается к своей матери и говорит слова любви.

Не бойтесь пробовать быть счастливым.

Опасайтесь не попробовать то, что просит сердце. Я сейчас не о всех тяжких. А о том, что новые ощущения и опыт мы можем получить выйдя за привычные рамки. Часто эти рамки обусловлены только влиянием извне. Но к духовному росту не имеют никакого отношения.

Лучше быть мирским человеком, но искренне ищущим Бога; пробовать, ошибаться, падать и безумно влюбляться, чем святым по одежке, но жаждущим материальных утех. Искренние эмоции и поиск себя не грех. Куда хуже зажать себя и свое сердце в рамки сурового благочестия и критиковать всех и вся за любой проступок.

Бог это любовь. Пока не научимся по-настоящему любить и излучать эту любовь, мы не сможем открыть для себя Бога.

Возлюби ближнего своего. не так ли? Только в открытое, свободное и счастливое сердце можно вложить духовный мир. И вновь из Библии. Какой есть смертный грех? Верно! Уныние.

Искренне радуйтесь, искренне огорчайтесь (но не надолго), будьте открыты всему новому и интересному. Не осуждайте то, что делают другие, и как пчела, собирайте позитив, как нектар. Да, не так все просто. Но следуя по позитивному пути духовного развития, человек очень быстро понимает, где и что ему приносит ложное счастье, а какие его частицы пополняют его как гармоничную личность.

Если человек счастлив в рамках одной религии — отлично! Он на своем пути, идет дорогой, которая предназначена на эту жизнь. Что для одного яд, для другого нектар, и наоборот.

Тему человек и религия: догмы и реальность, могу продолжать до бесконечности. Надеюсь, в целом смог ответить на вопрос. Однако, буду рад вопросам. Вступайте в мою группу Вк. Будьте счастливы!

Далее может быть немного рекламы. Я сделал все, чтобы она не мешала вашему чтению.

Источник

Приложение Как человеческая природа породила религию

Истина и последствияБог кусает человека • Повелитель обезьян • Духи с ногами • Отношения со сверхъестественным • Назад во времени • Мысль и чувство • Разнообразие религиозного опыта • Примечания по переводам • Благодарности

Когда какое-либо явление возникает в любом известном обществе так, как религия, вопрос о «генетической предрасположенности» встает сам собой. Неужели религия обеспечивала нашим давним предкам столько преимуществ, что благоприятствующие ей гены распространялись в процессе естественного отбора? Есть ученые, которые утвердительно отвечают на этот вопрос — в сущности, их достаточно для появления заголовков, подобных следующему, из одной канадской газеты: «Поиски „гена Бога“ продолжаются»[1091].

Можно ожидать и новых появлений подобных заголовков, так как поиск вряд ли придет к успешному завершению. И не только потому, что столь сложную структуру, как религия, едва ли способен поддерживать единственный ген. Не лучше выглядит и положение усложненного варианта идеи «ген Бога»: что в результате естественного отбора целый комплекс генов сохранился только потому, что они предрасполагали людей к религии.

Как ни странно, этот вердикт — что религия не содержится «в генах» хоть в сколько-нибудь непосредственном смысле, — возникает из эволюционной психологии, в сфере, известной акцентированием влияния генов на мышление и эмоции. Хотя некоторые эволюционные психологи считают религию прямым продуктом естественного отбора[1092], многие, а может и большинство, иного мнения.

Это не значит, что религия вообще не является «естественной» и ни в каком смысле не заложена «в генах». Все, что делают люди, в том или ином отношении заложено в них генетически. (Попробуйте сделать хоть что-нибудь, не пользуясь никакими генами.) Более того, можно установить связь религии с конкретными компонентами человеческой натуры, явно содержащимися в генах. Просто эти компоненты человеческой натуры, по-видимому, эволюционировали по другой причине, а не для сохранения религии[1093].

Американский психолог Уильямс Джеймс в классическом труде 1902 года «Многообразие религиозного опыта» выражал ту же мысль, не обращаясь к эволюции: «Есть религиозный страх, религиозная любовь, религиозный трепет, религиозная радость и так далее. Но религиозная любовь — единственное у человека естественное чувство любви, направленное на религиозный объект; религиозный страх — самый обычный страх общения, так сказать, обычная дрожь в груди человека с тех пор, как мысль о божественном возмездии возбудила ее; религиозный трепет — тот же самый органический трепет, который мы чувствуем в лесу в сумерках или в горном ущелье, только на этот раз он охватывает нас при мысли о наших сверхъестественных отношениях»[1094].

Если попытаться выразить мысль Джеймса языком эволюционной биологии, понадобится призвать на помощь понятие адаптации. Адаптация — это особенность, обусловливающие которую гены распространяются в генофонде в силу того, что придают эту особенность. Например, любовь выглядит адаптацией. Любовь к потомству, побуждающая взращивать его, помогает передавать гены следующим поколениям, в итоге гены родительской любви распространяются в силу того, что способствуют любви. Подобные доводы можно найти и в пользу трепета, радости и страха, других чувств, которые Джеймс называет адаптацией. (Боязнь большого агрессивного зверя или большого агрессивного человека помогает сберечь жизнь, в итоге сохраняет гены, вызывающие эту боязнь.) Но это не означает, что и религия — адаптация, хотя она может охватывать любовь, трепет, радость и страх, следовательно, относиться к генам, вызывающим их.

Вернемся к менее технической терминологии: можно сказать, что естественный отбор «сконструировал» нас такими, чтобы мы чувствовали любовь, трепет, радость и страх. (Если ясно, что «сконструировал» — это метафора; естественный отбор — не конструктор-человек, который осознанно представляет себе конечный продукт, а затем создает его. Это, скорее, слепой и тупой процесс проб и ошибок.) Но сказать, что эти эмоции — продукт «замысла», не значит сказать, что они, приведенные в действие религией, работают так, как и было задумано.

Подобно этому, люди «задуманы» естественным отбором умеющими бегать, а также ощущать дух состязания, но это не значит, что по «замыслу» они предназначены для участия в состязаниях по легкой атлетике. Религия, как и атлетика, не выглядит «адаптацией». И то, и другое палеонтолог Стивен Джей Гулд назвал по аналогии с архитектурной деталью «перемычкой» — феноменом, подкрепленным генами, которые стали частью вида, выполняя работу, отличную от подкрепления этого феномена. Перемычка — случайный побочный продукт процесса «конструирования» организмов, в то время как адаптация — его прямой продукт. Религия выглядит, скорее, перемычкой.

Однако можно возразить, что и религия имеет признаки замысла. Это сложная, интегрированная система, выполняющая конкретные функции. Например, религии почти всегда имеют дело с ключевыми «обрядами инициации» — бракосочетанием, похоронами и т. п., — ритуализация которых, вероятно, полезна обществу. Как объяснить связность и функциональность религии, не обращаясь к создателю — или, по крайней мере, к «создателю»?

Никак. Но биологическая эволюция — не единственный великий «создатель» или «конструктор» на этой планете. Есть также культурная эволюция: избирательная передача «мемов» — убеждений, привычек, ритуалов, песен, технологий, теорий и т. д. — от человека к человеку. И единственный критерий, формирующий культурную эволюцию, — полезность для общества; мемы, которые способствуют бесперебойному функционированию на уровне группы, зачастую имеют преимущество перед мемами, которые ему не способствуют. Культурная эволюция — то, что дало нам современные корпорации, современное правительство и современную религию.

Собственно, она дала нам и несовременную религию. Обращаясь к «примитивной» религии, мы видим ту религию, которая развивалась в культурном отношении на протяжении долгого времени. Несмотря на то что рассмотренные религии охотников-собирателей дают общее представление о том, какой была типичная религия примерно 12 тысяч лет назад, до изобретения земледелия, ни одна из них не напоминает религию в буквальном смысле слова примитивной стадии, относящейся к тому времени (каким бы оно ни было), когда религиозные убеждения и практики только зарождались. Скорее, те религии, которые называются «примитивными», — совокупности убеждений и обрядов, культурно развившихся в течение десятков и даже сотен тысячелетий. Поколение за поколением человеческий разум приобретал одни убеждения, отвергал другие, по ходу дела придавая религии форму и меняя ее.

Итак, чтобы объяснить существование «примитивной» религии — или, если уж на то пошло, религии любого другого вида, — прежде мы должны понять, к убеждениям и обрядам какого рода склонен человеческий разум. Информацию какого рода он естественным образом отфильтровывает, а какая оседает в нем? До того как религия появилась и начала развиваться под действием культурной эволюции, каким образом генетическая эволюция сформировала окружение, в котором она развивалась, — то есть человеческий мозг?

Или поставим вопрос иначе: убеждения какого рода содержал человеческий разум, «задуманный» естественным отбором? Прежде всего, не истинные.

По крайней мере, не истинные сами по себе. В той степени, в которой точные представления о мире и его понимание помогали предкам человечества передавать гены следующим поколениям, естественный отбор, разумеется, способствует точности мышления. И обычно точность мышления действительно полезна для выживания и передачи генов. Вот почему мы превосходно оснащены для глубокого восприятия, для того, чтобы слышать человеческие голоса сквозь фоновый шум, и т. п. Тем не менее в ситуациях, когда точное восприятие и суждение препятствуют выживанию и воспроизведению, можно ожидать, что естественный отбор восстает против точности.

Источник

Религия и наука о сущности человека

Яковлева, Е. З. Религия и наука о сущности человека / Е. З. Яковлева. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2014. — № 7 (66). — С. 666-669. — URL: https://moluch.ru/archive/66/10979/ (дата обращения: 08.06.2021).

Согласно любой религии человек есть синтез двух начал — материального и духовного. Материальное бытие человека — это, прежде всего, жизнь его тела. Тело можно взвешивать, украшать, оно полнеет и худеет, бодрствует и спит, замерзает и страдает от жары. Все, что связано с его существованием, относительно. Духовное бытие связано с душой, которая является представительницей Бога в человеке [5, c. 69–70]. Душа и составляет сущность человека. Её невозможно описать через материальные характеристики — вес, объем, температуру и т. п. Она, в отличие от тела, не поддается трансформации. Её неизменность, являющаяся выражением свойства абсолютности Бога, позволяет человеку иметь в себе некую неизменную шкалу, с помощью которой он соизмеряет свои и чужие поступки. Поэтому правильная человеческая жизнь — это жизнь по нормам, тождественным алгоритмам функционирования всего бытия, являющимся генетическими источниками всех норм [4, с. 43–44]. То, что из двух видов бытия духовное является определяющим, доказывается фактами подчинения тела душе. Например, когда человек держит пост, ведет аскетический образ жизни, он подчиняет тело велениям души. Многочисленные примеры жертвования жизнью также говорят в пользу того, что душа является повелительницей тела, а не наоборот. Со смертью тело освобождается от контроля со стороны души и начинает распадаться, а душа возвращается в сферу чистого духовного существования. «И возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратится к Богу, Который дал его» [1]. Когда Иисус говорил «Я и Отец — одно», он хотел сказать, что Бог в нем, что он по своей сути и есть Бог. И не только он: каждый из нас по своей сути есть Бог, так как сущность наша от Бога. Вот как характеризует эти слова Иисуса Вивекананда: «У него не было другого занятия в жизни, другого понятия, что он — Дух. Это был отъединенный от тела, раскованный, освобожденный Дух. Но дело не только в этом; он своей удивительной проницательностью был убежден в том, что каждый человек, будь он мужчина или женщина, еврей или нееврей, богач или бедняк, праведник или грешник, является воплощением того же нетленного Духа, что и он сам. Поэтому, как видно из всей его жизни, все усилия его были направлены на пробуждение духовной сущности каждого. «Отбросьте, — он говорил, — суеверные представления о собственной ничтожности и обездоленности. Думайте о том, что внутри вас существует нечто, что нельзя унизить, растоптать убить. Все вы — сыновья Бога, Бессмертного Духа. Знайте, — провозглашал он, — Царство Божие внутри вас» [2].

Читайте:  Признаки почвы как неживой природы

Парадигма религиозной антропологии изложена в ряде работ профессора Р. Ю. Рахматуллина, объясняющего её суть в признании первичной природы сакрального, исходящего из принципа первичности Бога-творца, а отсюда — о тварной природе человека [3; 7; 8; 9].

Согласно научной антропологии, человек есть био-психо-социальное существо. Это значит, что его жизнь регулируется и биологическими, и психическими, и социальными законами. Но какие из них являются определяющими его мысли и поступки? Одни считают, что человек, как продукт эволюции животного мира, есть прежде всего биологическое существо, т. к. в основе его поведения лежат анатомо-физиологические закономерности. Другие ищут в человеке глубинные психические качества, с помощью которых пытаются объяснить его поступки. Третьи придерживаются мнения, что человек является продуктом общественных отношений и его сущность формируется той социальной средой, в которой он живет.

Рассмотрим подробнее особенности биологического, психологического и социологического подходов к объяснению человека.

Предпосылки этого подхода восходят к древней медицине, когда характер человека, его болезни пытались объяснить содержанием в его организме определенного количества «соков» или «стихий». В Новое время появились работы П. Кабаниса, К. Фогта, Я. Молешотта и других мыслителей, рассматривающих психическую деятельность человека в качестве производной от его физиологических функций. Американский ученый Э. Уилсон на основе сравнительных исследований поведения насекомых, высших животных и человека пришел к выводу о наличии врожденных протосоциальных моделей поведения, на основе которых можно объяснить многие поступки человека. Одним из биологизаторских типов объяснения природы человека является социальный дарвинизм, который проецирует на социальные системы биологические закономерности. Возникновение этого направления было связано с именем Г. Спенсера. В основу своей теории он положил принцип эволюции, понимание общества как организма. Главным социальным законом Спенсер считал выживание наиболее приспособленных как принцип общественного развития. Поэтому социальные революции представлялись ему вредными попытками вывести общество из равновесия. Успех человека в межличностных отношениях Спенсер объясняет его биологическими качествами. Наиболее крайнее течение социального дарвинизма — расово-антропологическая школа. Представители данного направления полагали, что расово-классовое неравенство порождено природными, а не социальными законами (Ж.де Гобино, Л. Вольтман, О. Аммон, Ж. Лапуж). Таким образом, социал-дарвинизм является биологизаторским течением, объединяюшим ряд школ, пытающихся свести законы развития общества к биологическим закономерностям естественного отбора, выживания наиболее приспособленных.

Сторонники этого подхода рассматривают человека как совокупность определенных’ психических качеств, часть которых считают главной для его характеристики. Эти сущностные психические качества могут быть как врожденными, так и приобретенными. Среди множества психологических концепций личности своей популярностью выделяется теория, созданная австрийским ученым З. Фрейдом и названная классическим психоанализом. Главная заслуга Фрейда в науке состоит в том, что он открыл огромную роль в жизни человека бессознательной сферы психики. Он условно разделил психику человека на три части, которые назвал «Оно», «Я» и «Сверх-Я». «Оно» — сфера бессознательного, в которой господствуют два врожденных инстинкта — половой инстинкт и инстинкт разрушения, смерти, агрессии. «Сверх-Я» — это перенесенные в психику человека в процессе воспитания социальные нормы. «Оно» и «Сверх-Я» являются двумя противостоящими полюсами человеческой психики, между которыми находится «Я», вынужденное постоянно искать компромисс, удовлетворяющий обе стороны. Согласно Фрейду, в борьбе «Оно» и «Сверх-Я» активной, провоцирующей стороной выступает «Оно» — главный энергетический центр человека, испускающий импульсы на всю сферу его психики. Но в каких формах будут реализованы эта импульсы, зависит от «Я» и «Сверх-Я». К примеру, в соответствии с нормами «Сверх-Я», половое влечение не может быть реализовано так, как это имеет место в животном мире. Общество, представителем которого и выступает «Сверх-Я», требует соблюдения определенной социально одобряемой процедуры. Но ее соблюдение предполагает перевод части энергии, продуцируемой «Оно», на другие действия (получение образования, зарабатывание денег, строительство дома и т. п.). Такой перевод энергии «Оно» в сферу социальных действий Фрейд назвал сублимацией. Воя человеческая культура как материальная, так и духовная, предстает в этом свете в качестве сублимированной половой энергии (энергии либидо).

Сублимация осуществляется в «Я», которое постоянно занято этой работой. Если «Я» плохо выполняет эту свою главную работу, то у человека появляется то или иное отклонение. К примеру, если «Я» допускает неоправданное господство при принятии решений «Сверх-Я», постоянное подавление им «Оно», то это, согласно Фрейду, приводит к расстройствам психики. «Я» не должно допускать и нарушение баланса в другую сторону — подавлению «Сверх-Я» со стороны «Оно». Такое нарушение имеет следствием криминальное, аморальное поведение человека. Человек, с криминальным типом поведения предстает в этом свете в качестве субъекта, у которого влияние «Оно» на психику неоправданно велико, и «Сверх-Я» слабо участвует в процессе принятия решений.

Идеи Фрейда, которые здесь представлены лишь схематично, послужили основой для появления множества учений, известных под названием «неофрейдизм». Объединяет их с классическим психоанализом одно: утверждение о господстве в человеке определяющего его поведение психического феномена. В разных вариантах эта идея развивается А. Адлером, Э. Фроммом, К. Хорни, К. Г. Юнгом и др.

Можно по-разному относиться к фрейдизму и неофрейдизму, симпатизировать их идеям или отвергать в корне основы их учений. Представляется все же, что изучение фрейдизма и различных неофрейдистских концепций позволяет глубже понять природу человека, скрытые бессознательные мотивы его поведения.

В отечественной философской литературе широко представлено марксистское учение о человеке, являющееся одним из вариантов социологического направления в антропологии. Суть этого учения основана на известном высказывании К. Маркса, что сущность человека формируется в сфере общественных отношений. Следовательно, разные общественные отношения формируют разные типы людей. Маркс и его сторонники усматривают, к примеру, причину патологии личности в ненормальных социальных условиях, в которых он воспитывался. Для того, чтобы воспитывать нормальных людей, нужно нормальное общество. На этой идее, в частности, была основана и советская педагогическая система. Когда говорят о социальной среде как факторе формировании личности, нужно иметь в виду, что она включает в себя не только людей, окружающих человека, но и весь мир культуры, с которой он соприкасается: технологию производства, убранство жилья и служебных помещений, одежду и обувь, книги, фильмы, дороги, парки, транспорт и даже туалеты. Все это входит в социальную среду и в немалой степени участвует в формировании внутреннего мира человека.

Вариантом социологического направления в антропологии выступает также теория социальных ролей, основанная на идее французского ученого Г. Тарда, согласно которой процесс социализации личности строится на основе подражания. В частности, одной из основных причин преступности он считал то, что молодые люди стараются копировать манеры и образ жизни пользующихся среди них авторитетом некоторых лиц с криминальным поведением. В американской социологии теорию ролей развивал Т. Парсонс. Основываясь на отдельных идеях Фрейда о подражании мальчика отцу, он сделал вывод о копировании ролевого поведения как первичном и главном звене социализации личности. Такие же идеи развивал и Д. Г. Мид, полагавший что «Я» ребенка формируется в результате принятия на себя роли другого, идентификации с ним, достигаемого в детстве с помощью игры.

Согласно этой концепции, получается, что человек есть совокупность социальных ролей, масок, которые он надевает в зависимости от ситуации. В одном случае надевается маска студента, в другом — пассажира, третьем — сына, четвертом — покупателя и т. д. Вся социализация, таким образом, есть процесс заучивания множества социальных ролей, которые и образуют личность — сущностное качество человека [6].

Кто же прав? В работах по философской антропологии, как правило, указанные подходы к объяснению человека противопоставляются. На наш взгляд, их нужно рассматривать в соответствии с принципом дополнительности: человек есть и духовное, и биологическое, и психическое и социальное существо. В зависимости от условий его существования какой-то из этих начал может в нем доминировать, уступая, при изменении ситуации, лидирующее место другому началу.

1. Библия. Екклесиаст. 12:7.

2. Вивекананда С. Христос-посланник // URL: http: // telosveta.narod.ru/ Library/ hristianstvo/poslan.htm. Дата обращения 07.05.2014.

3. Рахматуллин Р. Ю. Отражение личности Иисуса Христа в зеркале истории // Вестник ВЭГУ. 2011. № 2. С. 98–104.

4. Рахматуллин Р. Ю. Генетические источники мусульманского права // Научный вестник Омской академии МВД России. 2011. № 4. С. 43–47.

5. Рахматуллин Р. Ю. Суфийская антропология // Исламоведение. 2013. № 1. С. 64–74.

6. Рахматуллин Р. Ю. Личностный образец как фактор социализации // Вестник ВЭГУ. 2013. № 3. С. 114–121.

7. Рахматуллин Р. Ю. Мусульманские правовые школы суннитского толка // Молодой ученый. 2013. № 8. С. 299–303.

8. Рахматуллин Р. Ю. О метафизических основаниях внеисторического в праве // Молодой ученый. 2013. № 11. С. 549–552.

9. Рахматуллин Р. Ю. Религия и наука: проблема взаимоотношения (на примере ислама) // Молодой ученый. 2014. № 4. С. 793–795.

Источник



Человеческая психика и происхождение религии

Зигмунд Фрейд (1856-1939) перенес проблему происхождения религии в область явлений, связанных с подсознательной сферой человеческой психики. Религия, согласно Фрейду, порождена древними и могущественными, но подавленными желаниями человечества. К их числу относятся страхи, инфантильная зависимость от воображаемых сверхчеловеческих существ. Фрейд и его последователи сближали духовную жизнь первобытного человечества с невротическими состояниями. По их мнению, история религии представляет собой историю коллективного невроза, или «общечеловеческого невроза навязчивости». Избавиться от невроза человечество сможет освободиться только с помощью разума.

В книге «Тотем и табу» Фрейд создает своего рода психоаналитический миф, предлагая вместо древних мифов свой собственный. В основе его — драматическая история сыновей, убивших и съевших отца, которого они ревновали к своим матерям. По мнению ряда исследователей, Фрейд произвольно конструирует общественную организацию дорелигиозных людей. Здесь он опирается на гипотезу Дарвина — Аткинсона о первобытной орде, которая состоит из женщин и их детей. Орда возглавляется старейшиной — патриархом.

Инцест — брак между кровными родственниками — тогда еще не был табуирован, и главарь мог вступать в половые связи со всеми женщинами, включая собственных сестер и дочерей. Юноши, достигшие половой зрелости, изгонялись старым вожаком. Изгнанные сыновья, лишенные доступа к женщинам, объединились и расправились с отцом. Позднее сыновья, охваченные чувствами вины и раскаяния и чтобы искупить свой грех и предотвратить жестокую борьбу за женщин в своей среде, создали законы — табу, запрещающие инцест и допускающие брачно-половое общение только с женщинами из других групп. Иными словами, была введена экзогамия (запрет браков в пределах одного коллектива). Более того, они сделали своего отца объектом религиозного почитания.

По мнению Фрейда, из психологического феномена, известного как комплекс Эдипа, возникла религия. Ее первоначальная форма — тотемизм, где убитый отец стал тотемом своих потомков. Свои амбивалентные чувства к отцу — любовь и ненависть — сыновья перенесли на тотемное животное. Ежегодно они устраивали тотемические обряды, воспроизводящие убийство отца посредством обрядового убийства и употребления в пищу тотемного животного. Так некогда убитый и съеденный отец превратился в тотемное животное, а древняя каннибальская трапеза — в ритуальную тотемическую трапезу-жертвоприношение. Тотемистическая религия произошла из осознания сыновьями своей вины. Ту же проблему, полагает Фрейд, пытались разрешить и все последующие религии. По его словам, «тоска по отцу — корень всякого религиозного развития».

Читайте:  Эртель Александр Иванович 33 книг Главная страница

Со временем «заместитель» отца – тотем превратился в бога. Бог развитых религий психологически является идеализацией образа отца. В боге отец снова приобретает свой человеческий образ. Религия трансформировала подавленные, вытесненные чувства любви и ненависти, вины и раскаяния. Религиозные же институты были призваны обуздать разрушительные, иррациональные инстинкты человечества, направив их в социально позитивное русло. Согласно Фрейду, из древнего отцеубийства выросли и религия, и социальная организация, и нравственность. Концепция бессознательного и сопутствующие ей вытесненные желания, Эдипов комплекс, чувства вины и раскаяния стали для Фрейда ключом к пониманию происхождения религии.

Во-первых, нет никаких убедительных доказательств того, что когда-либо существовали такие первобытные орды, как их изображает Фрейд, или что тотемы были только животными. Во-вторых, вряд ли будет корректно сопоставлять психологию первобытных людей с психологией невротиков.

Зададимся таким вопросом: может ли, в принципе, психическая жизнь индивида объяснить такое сложное социальное явление как религия?

Будучи явлением общественного сознания, общественной психологии, религия не сводима к психологии личности, понимаемой к тому же абстрактно, вне социального и исторического контекста. Социальные корни религии в концепции Фрейда фактически игнорируются. И даже если допустить, что онтогенез повторяет филогенез, что психология раннего возраста в чем-то повторяет психическое развитие человечества, то и в этом случае можно объяснить лишь отдельные явления, но не происхождение религии в целом.
(*Онтогенез — совокупность преобразований, претерпеваемых организмом от зарождения до конца жизни; филогенез — процесс развития мира организмов).

Необходимо отметить, что Фрейд сам чувствовал односторонность своей концепции. Он признавал, что такое сложное явление как религия обусловлено и другими факторами, исследование которых недоступно психоаналитическому методу.

Фрейдизм оказал большое влияние на последующее развитие религиоведения. Одним из наиболее известных последователей Фрейда был Геза Рохейм (1891-1953).

С фрейдистских, психоаналитических позиций он интерпретирует австралийский тотемизм, религиозно-обрядовую жизнь аборигенов Австралии, видя в ней реализацию вытесненных желаний и сексуальную символику. Наряду с наблюдениями, несомненно, заслуживающими внимания (например, символика материнского чрева и рождения в некоторых обрядах, в погребальном ритуале), многое у Рохейма произвольно и фантастично. Так, он высказывает предположение, что ритуальное соперничество австралийских фратрий символизирует отцов и сыновей, враждующих между собой. В том же ключе интерпретируется им и происхождение культуры в целом как созданного человечеством средства защиты от разрушительных инстинктов, их сублимации.

Согласно Рохейму, многие явления культуры, в том числе и религия, обусловлены замедлением зрелости и продленной инфантильностью. С этой особенностью индивидуальной психологии связано чувство зависимости и желание быть любимым, возникающее в детстве и проходящее через всю жизнь личности. Древнейшая форма общественного расчленения, по Рохейму, — выделение в первобытной общине знахарей или шаманов. И здесь Рохейм считает, что выделение этих членов общины произошло ввиду нервных заболеваний. На основании этого он делает вывод, что шаманы всегда невротики.

Выдающимся современником Фрейда был психолог и философ культуры Карл Густав Юнг (1875-1961). Большое место в его построениях занимает концепция коллективного бессознательного как субстрата коллективной психической жизни. Начав в русле идей Фрейда, Юнг со временем отошел от него, пересмотрев основные его теоретические постулаты. Бессознательное — основа фрейдовского учения — понималось им по-иному.

По Фрейду бессознательное — часть личности, или все, вытесненное из индивидуального сознания. Юнг же допускает, что в психическом развитии человека существенное место принадлежит и коллективному бессознательному. Подобно тому, как за пределами индивида существует общество, существует и коллективное бессознательное за пределами индивидуального.

Под коллективным бессознательным Юнг понимал психологически оформленный общечеловеческий опыт, интегрированный личностью наряду с индивидуальным бессознательным, отражающим опыт индивида. Коллективное бессознательное порождает некие элементарные идеи, которые Юнг называет архетипами. На основе архетипов, по мере осознанной их интерпретации, формируются содержательные образы человеческого сознания. Прежде всего, появляются религиозно-мифологические образы, выступающие в роли защитных механизмов против «опасности бессознательного», которые угрожают разрушением личности и обществу. Другими словами, архетипы — древнейшие универсальные, общечеловеческие идеи и представления, отражающие общечеловеческий опыт в символической форме — в мифах, в религиозном и художественном творчестве.

Концепция коллективного бессознательного позволила Юнгу преодолеть порог, стоявший на пути построений Фрейда. Он смог перейти от индивидуального психического опыта к коллективному. Юнг объяснил становление религии, не обращаясь к опыту личности. Перенеся центр тяжести на изучение коллективного психического опыта, он совершил переворот в психологии религии.

В том, как Юнг представлял себе коллективное бессознательное, содержится нечто, напоминающее «врожденные идеи» Платона. Кроме того, Юнг связывал свою концепцию и с коллективными представлениями в духе французского социолога Дюркгейма (1858-1917) и французского этнографа и психолога Леви-Брюля (1857-1939).

Понимание Юнгом социальной природы человеческой психики ближе историку религии, чем индивидуалистическая концепция Фрейда. В ортодоксальном фрейдизме Юнг не приемлет биологизм и механистическое сведение сложных форм бытия к элементарной сексуальности.

Существованием архетипов объясняются повторяющиеся, универсальные мифологические мотивы, возникающие в различных местах и в разное время, сходные религиозно-мифологические символы. По мнению Юнга, процесс образования мифов не прекратился, он продолжается и в настоящем и является характерной чертой современного общественного сознания. Таким образом, религиозная история человечества представляет собой историю возникновения, а затем интерпретацию архетипов коллективного бессознательного.

Отмечу, что структуры, формирующие мифы и заложенные в коллективном бессознательном, это еще не мифы, отлитые в определенную форму, а только их компоненты, мифологические мотивы и первичные образы, наследуемые из поколения в поколение.

Юнг различает архетипы и архетипические образы — архетипы, подвергнутые сознательной переработке в мифах. Архетипы находятся в глубине каждой человеческой души. Содержание и значение архетипов, скрытых в бессознательном, как ядро в оболочке, может быть описано только приблизительно. И архетипы, лежащие в основе мифов, и сами мифы восходят к очень отдаленному прошлому, о котором можно судить, наблюдая современные первобытные племена.

Чтобы обосновать свою идею о господстве коллективного бессознательного на этом уровне развития, Юнг утверждает, что первобытные люди не мыслят сознательно, скорее «нечто мыслит в них». По его словам, первобытные люди, не придумывают свои мифы, они их переживают.

По мнению английского этнографа Тайлора, миф является историей его авторов, а не действующих в нем лиц. «Он есть воспоминание о жизни не сверхъестественных героев, а создавших его своим поэтическим воображением народов».

Истоки религии лежат, таким образом, в архетипах, коренящихся, в свою очередь, в глубинах человеческой истории, а их религиозно-мифологическая интерпретация, составляющая сущность самого процесса развития религии, все еще продолжается. Религия, по словам Юнга, — наиболее ранняя и наиболее универсальная деятельность человеческого разума. Психическую основу религии Юнг обозначает термином нуминозум (чувство, переживание божественного, сакрального). Существенное значение для дифференциации религиозных типов личности в первобытном обществе — и, следовательно, для понимания индивидуальных различий в религиозном творчестве и поведении — имеет предложенное Юнгом выделение двух различных психологических типов — экстравертированного и интровертированного.

По мнению специалистов, религия является особой системой коммуникации, символической моделью, формирующей человеческий опыт в решении самых главных проблем бытия. Под коммуникацией понимается (лат. communicatio, от communico — делаю общим, связываю, общаюсь), 1) путь сообщения, связь одного места с другим. 2) Общение, передача информации от человека к человеку — специфическая форма взаимодействия людей в процессе их познавательно-трудовой деятельности, осуществляющаяся главным образом при помощи языка. Можно добавить, что системой коммуникации является трудовой коллектив, общественная организация, любое сообщество людей, собранных по интересам. И все эти системы развиваются по определенному плану.

План содержания религии, или мифолого-религиозное сознание, включает ряд компонентов, имеющих психолого-познавательную природу.

Первая составляющая — это вера. Под верой понимается психологическая установка принимать определенную информацию и следовать ей («исповедовать»), независимо от степени ее правдоподобности или доказанности, часто вопреки возможным сомнениям.

Вторая составляющая. Мифопоэтическое (наглядно-образное) содержание.

Третья составляющая. Теоретический (абстрактно-логический) компонент.

Четвертая составляющая. Интуитивно-мистическое содержание.

Отметим, что в любые эпохи религиозное содержание в той или иной мере проникает во все другие формы общественного сознания – в обыденное сознание, искусство, этику, право, философию. Соответственно в реальности психологические формы существования религиозных представлений более разнообразны и многочисленны, чем названные основные виды. Порядок, в котором они перечислены, не отражает ни хронологии их формирования в конкретных религиозных традициях, ни значимости отдельных компонентов в структуре целого.

Разнообразие психологической природы религиозного содержания обусловливает его особую «проникающую» в сознание силу. По мнению специалистов, передаваемые религиозные символы сообщают значения на относительно высоком уровне обобщения, которые выходят за пределы конкретных контекстов опыта. Эта особенность придает им могущество в человеческой жизни.

Конечно, в разных религиях один и тот же содержательный компонент может иметь различную психологическую форму. Например, представления о Боге в одних религиях выражены в мифопоэтическом образе Бога, т.е. принадлежат уровню наглядного знания, сюжетно и пластически организованного, а потому правдоподобного, согретого эмоциями. В другой религии (или религиях) – совсем иная картина: Бог – это, прежде всего идея (концепция, догмат Бога). Другими словами, это знание, принадлежащее уровню абстрактно-логического мышления.

В порядке иллюстрации можно указать на различия в представлении Бога (Абсолюта) в раннем христианстве и раннем буддизме. Так, в основе религиозного христианского сознания до патристики лежали именно образы, мифопоэтические предания об Иисусе Христе — картины и сюжеты Священной истории. Позже патристика дополнила христианское сознание новыми компонентами абстрактно-теоретического и доктринального характера: теологией, философией, социально-политическим учением. Западноевропейская схоластика средних веков внесла в христианство правила формально-логического «вывода» теологических утверждений из Священного Писания.

У истоков христианства были мифопоэтические предания, наглядные, эмоционально насыщенные, художественно-выразительные и поэтому легко проникавшие в душу простых людей. А вот ядро религиозного сознания буддизма или даосизма, составляет мистико-теоретическая доктрина, концепция, идея: «четыре благородные истины» и следствия из них в буддизме; мистический символ «Дао» (всеобщий природно-этический закон) в даосизме.

Итак, религия является системой коммуникации, сближающей и объединяющей людей. Тем не менее, абстрактно-теоретический компонент религиозного сознания в разных традициях может быть различным по соотношению в нем умозрительного (рассудочно-логического) и иррационалистического начал. В наибольшей степени структурирована христианская, особенно католическая, догматика и теология. В иудаизме и исламе учение о боге в меньшей мере отделено от религиозных этико-правовых принципов и концепций. В буддизме, конфуцианстве, даосизме, дзэн-буддизме всегда были сильны традиции иррационализма, стремление к сверхчувственному постижению Абсолюта.

В структуре религиозного сознания каждой религии в той или иной мере присутствует мистический компонент, однако эта мера может быть различной. С одной стороны, во всякой религии имеется, по представлениям верующих, та или иная связь, контракт, соглашение, договор между людьми и высшими силами. Этот существенный момент связи отражен в самом общем и древнейшем смысле слова религия. Слово религия восходит к лат. religo – воссоединять, связывать вместе, привязывать, заплетать. Тот же корень в словах лига, лигатура, т.е. дословно — соединение, связка. А вот позднее, слово religio в значениях религия, богослужение, святость известно уже латыни.

Именно в этой связи заключается психологическая основа или стержень религии. Однако, с другой стороны, в большинстве случаев людям совсем не очевиден двусторонний характер этой связи: человек молится, но не слышит, что отвечает ему Небо.

Мистическое общение означает, что человек слышит ответ Бога, знает, понимает то, что ему было сказано с Неба. По-видимому, самые разные религиозные учения и культы в своих истоках связаны именно с мистическим переживанием, точнее, потрясением религиозно одаренной личности. Это тот «горний глас», то видение или богоявление, благая весть или иной знак свыше, обращенный к шаману, провидцу, апостолу, — тот голос, который в зарождающейся традиции станет главным Заветом Бога.

Природа мистических озарений и мистического знания остается загадкой. По мнению специалистов, мистические переживания и «светозарные откровения смысла жизни», по-видимому, связаны с резкой активизацией подсознательных психических сил, всех возможностей чувственной и интеллектуальной интуиции. Общей чертой мистических переживаний является их «неизреченность» — невероятная затрудненность изложения, почти невозможность передать обретенные впечатления на обычном языке.

Вот один из примеров. «Я изумлен был видением сим и не понимал его» (Дан. 8:27)

Здесь можно сделать такой вывод. В отличие от психологического однообразия языковой семантики, содержание религии по своей психологической природе крайне разнородно. С этим связана высокая степень логической и вербальной (словесно-понятийной) размытости религиозных смыслов и, как практическое следствие, — необходимость постоянных филологических усилий при обращении к текстам Писания.

Хотелось бы заметить, что, к сожалению, мы лишены возможности прикоснуться к сокровищнице прошлого. Известно, что только Евангелий было написано около 5 000! Что же до других источников, то, например тексты Авесты были на 92% просто физически уничтожены (сожжены). Историки (об этом же говорится и в Законе Божьем) могут привести неоднократные примеры принудительного сожжения монастырских библиотек на Руси в период царствования Романовых; а до их воцарения (или во время?) исчезновение библиотеки Ивана Грозного в этой связи — крайне симптоматично. Только стараниями М.Ломоносова это изуверство и разграбление национальных памятников было прекращено (к сожалению, не до конца).

Источник