Природа в литературном стиле

Образ природы в литературе

Во все времена актуальной темой для изображения являлся образ природы. И не важно это живопись, литература, музыка. В искусстве природа наделена человеческими качествами, она жива, она имеет свои чувства и характер. Ее также трактуют как первоначальное проявление всего живого на земле, именно поэтому она выступает перед нами лишь как чистая и невинная душа. Но иногда можно встретить и возмущенную природу, которая мстит людям за их злодеяния и издевательства над ней.

Достаточно часто мне приходится встречать образ природы в литературе. Ведь она почти всегда выступает основой, на которой происходят описанные события. Благодаря ей мы чувствуем то настроение и динамику развития изображаемого. Она помогает развивать и утверждать характеры изображаемых героев, формировать их мировоззрение.

В одном из главных памятников древнерусской литературы — «Слове о полку Игореве» — содержатся эпизоды, где четко показано единство человека и окружающего мира. Природа играет важную роль в человеческой жизни, выступает вестником неизбежных событий. Она пытается предупредить Игоря о предстоящей опасности: кровавый закат, зловещая гроза, странное поведение животных. Но мы не привыкли прислушиваться к ее речи.
А каким лирическим образом выступает природа в поэзии. Она полна ярких и интересных характеристик. Она пробуждает мир, дает надежду на хорошее будущее, отдает нам свой ​​свет и тепло.

Очень многие писатели изображают природу в своих произведениях. Они призывают людей к сохранению и бережному отношению к ней. Ведь общество должно понять, что сегодня над нами нависает экологическая опасность. Только мы имеем силу все изменить.

Источник



§ 9. Природа. Пейзаж

Формы присутствия природы в литературе разнообразны. Это и мифологические воплощения ее сил, и поэтические олицетворения, и эмоционально окрашенные суждения (будь то отдельные возгласы или целые монологи), и описания животных, растений, их, так сказать, портреты, и, наконец, собственно пейзажи (фр. pays — страна, местность) — описания широких пространств.

Представления о природе глубоко значимы в опыте человечества изначально и неизменно. А.Н. Афанасьев, один из крупнейших исследователей мифологии, в 1860-е годы писал, что «сочувственное созерцание природы» сопровождало человека уже «в период создания языка», в эпоху архаических мифов[520].

В фольклоре и на ранних этапах существования литературы преобладали внепейзажные образы природы: ее силы мифологизировались, олицетворялись, персонифицировались и в этом качестве нередко участвовали в жизни людей. Яркий пример тому — «Слово о полку Игореве». Широко бытовали сравнения человеческого мира с предметами и явлениями природы: героя — с орлом, соколом, львом; войска — с тучей; блеска оружия — с молнией и т. п., а также наименования в сочетании с эпитетами, как правило, постоянными: «высокие дубравы», «чистые поля», «дивные звери» (последние примеры Взяты из «Слова о погибели земли Русской»). Подобного рода образность присутствует и в литературе близких нам эпох. Вспомним пушкинскую «Сказку о мертвой царевне и о семи богатырях», где королевич Елисей в поисках невесты обращается к солнцу, месяцу, ветру, и те ему отвечают; или лермонтовское стихотворение «Тучки небесные…», где поэт не столько описывает природу, сколько беседует с тучками.

Укоренены в веках и образы животных, которые неизменно причастны людскому миру или с ним сходны. От сказок (выросших из мифов) и басен тянутся нити к «брату волку» из «Цветочков» Франциска Ассизского и медведю из «Жития Сергия Радонежского», а далее — к таким произведениям, как толстовский «Холстомер», лесковский «Зверь», где оскорбленный несправедливостью медведь уподоблен королю Лиру, чеховская «Каштанка», рассказ В.П. Астафьева «Трезор и Мухтар» и т. п.

Собственно же пейзажи до XVIII в. в литературе редки. Это были скорее исключения, нежели «правило» воссоздания природы. Назовем описание чудесного сада, который одновременно и зоопарк, — описание, предваряющее новеллы третьего дня в «Декамероне» Дж. Боккаччо. Или «Сказание о Мамаевом побоище», где впервые в древнерусской литературе видится созерцательный и одновременно глубоко заинтересованный взгляд на природу[521].

Время рождения пейзажа как существенного звена словесно-художественной образности — XVIII век[522]. Так называемая описательная поэзия (Дж. Томсон, А. Поуп) широко запечатлела картины природы, которая в эту пору (да и позже!) подавалась преимущественно элегически — в тонах сожалений о прошлом. Таков образ заброшенного монастыря в поэме Ж. Делиля «Сады». Такова знаменитая «Элегия, написанная на сельском кладбище» Т. Грея, повлиявшая на русскую поэзию благодаря знаменитому переводу В.А Жуковского («Сельское кладбище», 1802). Элегические тона присутствуют и в пейзажах «Исповеди» Ж.Ж. Руссо (где автор-повествователь, любуясь деревенским ландшафтом, рисует в воображении чарующие картины прошлого — «сельские трапезы, резвые игры в лугах», «на деревьях очаровательные плоды»), и (в еще большей мере) у Н.М. Карамзина (напомним хрестоматийно известное описание пруда, в котором утопилась бедная Лиза).

В литературу XVIII в. вошла рефлексия как сопровождение созерцаний природы. И именно это обусловило упрочение в ней собственно пейзажей. Однако писатели, рисуя природу, еще в немалой мере оставались подвластными стереотипам, клише, общим местам, характерным для определенного жанра, будь то путешествие, элегия или описательная поэма.

Характер пейзажа заметно изменился в первые десятилетия XIX в., в России — начиная с А. С. Пушкина. Образы природы отныне уже не подвластны предначертанным законам жанра и стиля, неким правилам: они каждый раз рождаются заново, представая неожиданными и смелыми. Настала эпоха индивидуально-авторского видения и воссоздания природы. У каждого крупного писателя XIX–XX вв. — особый, специфический природный мир, подаваемый преимущественно в форме пейзажей. В произведениях И.С. Тургенева и Л.Н. Толстого, Ф.М. Достоевского и Н.А. Некрасова, Ф.И. Тютчева и А.А. Фета, И.А. Бунина и А.А. Блока, М.М. Пришвина и Б.Л. Пастернака природа осваивается в ее личностной значимости для авторов и их героев. Речь идет не об универсальной сути природы и ее феноменов, а об ее неповторимо единичных проявлениях: о том, что видимо, слышимо, ощущаемо именно здесь и сейчас, — о том в природе, что откликается на данное душевное движение и состояние человека или его порождает. При этом природа часто предстает неизбывно изменчивой, неравной самой себе, пребывающей в самых различных состояниях. Вот несколько фраз из очерка И.С. Тургенева «Лес и степь»: «Край неба алеет; в березах просыпаются, неловко перелетывают галки; воробьи чирикают около темных скирд. Светлеет воздух, видней дорога, яснеет небо, белеют тучки, зеленеют поля. В избах красным огнем горят лучины, за воротами слышны заспанные голоса. А между тем заря разгорается; вот уже золотые полосы протянулись по небу, в оврагах клубятся пары; жаворонки звонко поют, предрассветный ветер подул — и тихо всплывает багровое солнце. Свет так и хлынет потоком…» К месту напомнить и дуб в «Войне и мире» Л.Н. Толстого, разительно изменившийся за несколько весенних дней. Нескончаемо подвижна природа в освещении М.М. Пришвина. «Смотрю, — читаем мы в его дневнике, — и все вижу разное; да, по-разному приходит и зима, и весна, и лето, и осень; и звезды и луна восходят всегда по-разному, а когда будет все одинаково, то все и кончится»[523].

В литературе XX в. (особенно — в лирической поэзии) субъективное видение природы нередко берет верх над ее предметностью, так конкретные ландшафты и определенность пространства нивелируются, а то и исчезают вовсе. Таковы многие стихотворения Блока, где пейзажная конкретика как бы растворяется в туманах и сумерках. Нечто (в иной, «мажорной» тональности) ощутимо у Пастернака 1910–1930-х годов. Так, в стихотворении «Волны» из «Второго рождения» дается каскад ярких и разнородных впечатлений от природы, которые не оформляются как пространственные картины (собственно пейзажи). В подобных случаях эмоционально напряженное восприятие природы одерживает победу над ее пространственно-видовой, «ландшафтной» стороной. Субъективно значимые ситуации момента здесь «выдвигаются на первый план, а само предметное заполнение пейзажа начинает играть как бы второстепенную роль»[524]. Опираясь на ставшую ныне привычной лексику, такие образы природы правомерно назвать «постпейзажными».

Образы природы (как пейзажные, так и все иные) обладают глубокой и совершенно уникальной содержательной значимостью. В многовековой культуре человечества укоренено представление о благости и насущности единения человека с природой, об их глубинной и нерасторжимой связанности. Это представление художественно воплощалось по-разному. Мотив сада — возделанной и украшенной человеком природы — присутствует в словесности едва ли не всех стран и эпох. Сад нередко символизирует мир в целом. «Сад, — замечает Д.С. Лихачев, — всегда выражает некую философию, представление о мире, отношение человека к природе, это микромир в его идеальном выражении»[525]. Вспомним библейский Эдемский сад (Быт. 2:15; Иез. 36:35), или сады Алкиноя в гомеровской «Одиссее», или слова о красящих землю «виноградах обительных» (т. е. монастырских садах) в «Слове о погибели Русской земли». Без садов и парков непредставимы романы И.С. Тургенева, произведения А.П. Чехова (в «Вишневом саде» звучат слова: «… вся Россия наш сад»), поэзия и проза И.А. Бунина, стихи А.А. Ахматовой с их царскосельской темой, столь близкой сердцу автора.

Ценности невозделанной, первозданной природы стали достоянием культурно-художественного сознания сравнительно поздно. Решающую роль, по-видимому, сыграла эпоха романтизма (упомянем Бернардена де Сен-Пьера и Ф.Р. де Шатобриана). После появления поэм Пушкина и Лермонтова (главным образом — южных, кавказских) первозданная природа стала широко запечатлеваться отечественной литературой и, как никогда ранее, актуализировалась в качестве ценности человеческого мира. Общение человека с невозделанной природой и ее стихиями предстало как великое благо, как уникальный источник духовного обогащения индивидуальности. Вспомним Оленина (повесть Л.Н. Толстого «Казаки»). Величавая природа Кавказа окрашивает его жизнь, определяет строй переживаний: «Горы, горы чуялись во всем, что он думал и чувствовал». День, проведенный Олениным в лесу (XX гл. — средоточие ярких, «очень толстовских» картин природы), когда он ясно ощутил себя подобием фазана или комара, побудил его к поиску собственно духовного единения с окружающим, веру в возможность душевной гармонии.

Глубочайшим постижением связей человека с миром природы отмечено творчество М.М. Пришвина, писателя-философа, убежденного, что «культура без природы быстро выдыхается» и что в той глубине бытия, где зарождается поэзия, «нет существенной разницы между человеком и зверем»[526], который знает все. Писателю было внятно то, что объединяет животный и растительный мир с людьми как «первобытными», которые всегда его интересовали, так и современными, цивилизованными. Решительно во всем природном Пришвин усматривал начало неповторимо индивидуальное и близкое человеческой душе: «Каждый листик не похож на другой»[527]. Резко расходясь с ницшевой концепцией дионисийства, писатель мыслил и переживал природу не как слепую стихию, несовместимую с гуманностью, но как сродную человеку с его одухотворенностью: «Добро и красота есть дар природы, естественная сила»[528]. Рассказав в дневнике виденный им сон (деревья ему кланялись), Пришвин рассуждает: «Сколько грациозной ласки, привета, уюта бывает у деревьев на опушке леса, когда входит в лес человек; и потому возле дома непременно сажают дерево; деревья на опушке леса как будто дожидаются гостя…»[529]. Считая людей нерасторжимо связанными с природой, Пришвин в то же время был весьма далек от всевозможных (и в духе Руссо, и на манер Ницше) программ возвращения человечества назад, в мнимый «золотой век» полного слияния с природой: «Человек дает земле новые, не продолжающие природу, а совсем новые человеческие установления: новый голос, новый, искупленный мир, новое небо, новая земля — этого не признают пророки религии «жизни»[530]. Мысли писателя о человеке и природе получили воплощение в его художественной прозе, наиболее ярко в повести «Жень-шень» (1-я ред. –1933), одном из шедевров русской литературы XX века. Пришвинской концепции природы в ее отношении к человеку родственны идеи известного историка Л.Н. Гумилева, говорившего о неотъемлемо важной и благой связи народов (этносов) и их культур с теми «ландшафтами», в которых они сформировались и, как правило, продолжают жить[531].

Литература XIX–XX вв. постигала, однако, не только ситуации дружественного и благого единения человека и природы, но также их разлад и противостояние, которые освещались по-разному. Со времени романтизма настойчиво звучит мотив горестного, болезненного, трагического отъединения человека от природы. Пальма первенства здесь принадлежит Ф.И. Тютчеву. Вот весьма характерные для поэта строки из стихотворения «Певучесть есть в морских волнах…»:

Невозмутимый строй во всем,

Созвучье полное в природе, –

Лишь в нашей призрачной свободе

Разлад мы с нею сознаем.

Откуда, как разлад возник?

И отчего же в общем хоре

Душа поет не то, что море,

И ропщет мыслящий тростник?

На протяжении последних двух столетий литература неоднократно говорила о людях как о преобразователях и покорителях природы. В трагическом освещении эта тема подана в финале второй части «Фауста» И. В. Гете и в «Медном всаднике» А. С. Пушкина (одетая в гранит Нева бунтует против воли самодержца — строителя Петербурга). Та же тема, но в иных тонах, радостно-эйфорических, составила основу множества произведений советской литературы. «Человек сказал Днепру:/ Я стеной тебя запру,/ Чтобы, падая с вершины,/ Побежденная вода/ Быстро двигала машины/ И толкала поезда». Подобные стихотворения заучивались школьниками 1930-х годов.

Писатели XIX–XX вв. неоднократно запечатлевали, а порой и выражали от своего лица надменно-холодное отношение к природе. Вспомним героя пушкинского стихотворения «Сцена из «Фауста», томящегося скукой на берегу моря, или слова Онегина (тоже вечно скучающего) об Ольге: «… как эта глупая луна на этом глупом небосклоне», — слова, отдаленно предварившие один из образов глубинно кризисного второго тома лирики А.А. Блока: «А в небе, ко всему приученный,/ Бессмысленно кривится диск» («Незнакомка»).

Читайте:  Здравствуй весенняя первая травка

Для первых послереволюционных лет весьма характерно стихотворение В.В. Маяковского «Портсигар в траву ушел на треть…» (1920), где продуктам человеческого труда придан статус несоизмеримо более высокий, нежели природной реальности. Здесь узором и полированным серебром восторгаются «муравьишки» и «травишка», а портсигар произносит презрительно: «Эх, ты… природа!» Муравьишки и травишка, замечает поэт, не стоили «со своими морями и горами/ перед делом человечьим/ ничего ровно». Именно такому пониманию природы внутренне полемично миросозерцание М.М. Пришвина.

В модернистской и, в особенности, постмодернистской литературе отчуждение от природы приняло, по-видимому, еще более радикальный характер: «природа уже не природа, а «язык», система моделирующих категорий, сохраняющих только внешнее подобие природных явлений»[532]. Ослабление связей литературы XX в. с «живой природой», на наш взгляд, правомерно объяснить не столько «культом языка» в писательской среде, сколько изолированностью нынешнего литературного сознания от большого человеческого мира, его замкнутостью в узком круге профессиональном, корпоративно-кружковом, сугубо городском. Но эта ветвь литературной жизни нашего времени далеко не исчерпывает того, что сделано и делается писателями и поэтами второй половины XX столетия: образы природы — неустранимая, вечно насущная грань литературы и искусства, исполненная глубочайшего смысла.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Читайте также

Пейзаж

Пейзаж Люблю дорожкою лесною, Не зная сам куда, брести; Двойной глубокой колеею Идешь – и нет конца пути… Кругом пестреет лес зеленый; Уже румянит осень клены, А ельник зелен и тенист; Осинник желтый бьет тревогу; Осыпался с березы лист И, как ковер, устлал дорогу… Идешь

Родная природа

Родная природа Посвящается Ольге Алексеевне Баратынской О, город лжи; о, город сплетен, Где разум, совесть заглушив, Ко благам нашим беззаботен И нам во вред трудолюбив; Где для утробы вдоволь пищи, Но не довольно для ума; О ты, веселое кладбище! О ты, красивая

Пейзаж после битвы Прививка массолита

Пейзаж после битвы Прививка массолита 1…Наконец, определения иссякли. И так и эдак пытались критики поймать ухватливое словцо, обозначающее, что же такое происходит с нашей литературой: измеряли температуру, прикладывали стетоскоп, кто попроще; а кто поизысканней —

Новый пейзаж русской прозы: 1996

Новый пейзаж русской прозы: 1996 Прошло уже пять лет с тех нор, как с политической карты мира исчез Советский Союз, а с карты литературной собирательное понятие «советской литературы». В течение короткого исторического промежутка, даже мгновения (два-три года) были

1. Пейзаж после битвы

1. Пейзаж после битвы Долгожданное, когда оно наконец является, имеет свойство разочаровывать. Наши журналы, еще до выхода книжных изданий поторопились с публикацией романов «Мы» Е. Замятина, «О дивный новый мир» О. Хаксли, «Приглашения на казнь» В. Набокова, «Замка» Ф.

10. Огненная природа коня

10. Огненная природа коня Наблюдение над мастью показывает, что конь иногда представляется рыжим, а на иконах, изображающих Георгия на коне в борьбе со змеем, — красным Нет необходимости повторять здесь детали, касающиеся огненной природы коня: из ноздрей сыплются искры,

ДИАЛОГ И ПЕЙЗАЖ

ДИАЛОГ И ПЕЙЗАЖ Проследив эволюцию литературных форм и приемов от глубокой древности до наших дней, мы заметим, что искусство диалога развилось и усовершенствовалось гораздо раньше искусства описания, вернее, изображения природы. К 1600 году диалог у великих писателей

Источник

Описание природы из разных книг

. Это бесконечное разнообразие света и темноты, тепла и холода, движения и запаха, тверди и воды, это уходящий в бесконечность весь блистающий мир, подробный и объясняемый.
Но это одновременно – границы физических и химических условий, и мы знаем теперь – границы узкие, в которых можешь ты существовать, границы невраждебные для твоих непосредственных ощущений. И сам ты тоже природа, отгороженная от остального мира прежде всего ощущениями.
И встал поперек тебя разум, твой же, возмущая естественную гармонию (да и есть ли она? а если и есть, то на каком напряжении держится?).
И, оказывается, внешние условия все – это начало тебя и вопросы тебе, оказывается, внешний мир инверсируется в нашем внутреннем мире, мир наш внутренний – это перестроенное пространство и время, и время в сознании может останавливаться, течь вспять, и пространства у нас в сознании необозримы и неожиданны, и не противоречат друг другу: личное свое человек иногда безболезненно выносит вопреки общественному…
Оказывается, противостоящий сознанию мир внешний, действительный, когда-то уравновесил и определил всю силу и степень тенденций внутренних. Как? И мир внутренний – уже также действительный, да зависимый от внешнего – хотя бы первое время, да зависимый – от твоего я.
Как зимний закат солнца сквозь сплетение ветвей деревьев способен вызывать мгновенные оценки, ассоциации? И, тщетно пытаясь охватить все огромное событие, мы, тем не менее, получаем высшее наслаждение от сопереживания, получаем какое-то мысленное направление, устойчивое, важное — не теряемое! Мы насмотреться не можем на свет вольный вообще, словно свет этот – и только он! – вызывает ежесекундно к жизни наше сознание.
Как небо все, огромное всегда, тяжелое или умчавшееся к себе, оставляет тебе свободу — взгляда, радости, действия? И все вопреки твоему личному грузу — забот людских?
Ты легко можешь подчинить внешнее своим заботам и не замечать красоты мироздания, но любой кусочек Земли, невыдуманный, для сознания нашего – всегда повод, не только вопрос, но и ответ: пища для фантазии, напоминание чего-либо, просто отдых – неясное, и уже какой-то исключительно важный момент, уравновешивающий твои внутренние необъятные дали. Природа может всегда провоцировать, побуждать движения чувств — все уже сейчас, после того, как она спровоцировала появление сознания, после того, как человеческое овладело нашим внутренним миром (или — создало внутренний мир?).
Но и тогда! когда не было человека разумного! Как протекало это взаимодействие? Чем уравновешивалось в растущем сознании эта неоспоряемая внешняя красота? все природные условия жизни нашей? Просто быть не может, что только общественные условия и труд сформировали сознание людское, даже если и понимать труд как активный поиск выхода.
Природа – это самая сильная Родина, пусть сейчас и неосознаваемая, забываемая в непосредственных мыслях, в рассуждениях.
Потому что отдых, вдохновение в природе — давным-давно свернутые в нашу плоть и кровь, давным-давно – опосредованные в нас условия Земли. Человек – это одушевленная природа Земли.
. Связь свою доказываем мы грубо: мы из праха Земли. Но – облик свой? Сознание свое? как прочесть все это?
Из книги «Мир твой», глава 1

Природа – это строение всего, что вокруг, это зависимость наша — неожиданная и прекрасная.
Это сонный день летний, с запахом берега и воды, зелени и нагретой земли, с ощущением открытого тела и прохлады только при ветре, это начинающаяся сразу от тебя бесконечная свобода и голубизна огромного неба.
Это морозное напряжение всего пространства зимой, заставляющее искать или сохранять уют и где ты как бы на виду, открыт, несмотря на одежды, это теряющаяся в себе белизна снега в пасмурное время или блистающие поверхности снежных полян под солнцем.
Это время волшебное – сумерки, зимой и летом – всегда неопределенность, равновесие, когда сам ты прочитываешь и в себе и вокруг столько взаимоисключающих традиций.
Это так необходимый тебе покой, идиллия где-то и – буря, шторм, буран, – всеобщее движение, где ты сильнее обстоятельств, где ты споришь со стихией.
Природа – твоя Родина в далеком прошлом и всегда и потому лучшее свое полно совершить, додумать мы можем только в этой невраждебной обстановке.
Природа уже давно — жизнь, воссоздающая себя, сопротивляющаяся воздействиям на себя до конца, готовая использовать малейший шанс на свое выживание.
Но как строение природы обусловило свойства ее? обусловливает? В чем простота и гениальность жизни? всей природы?
А прочтет ли человек свою гениальность? то есть, прочтет ли он структуры и технологии в других организмах, в неживой природе? поймет ли себя? Будет ли свободен среди всех найденных и не найденных истин? Ответит ли человек на свои главные вопросы?
Почему шум леса, парка во время ветра вызывает одно из лучших состояний нашей души? почему этот шум пробуждает очистительную тревогу, естественно рождающиеся образы? и все, что есть в сознании нашем, совершает положенный круговорот, замыкаясь на важные нам события, расставляя эти события в необходимой иерархии?
Течение природы Великой всем нам целебный источник, какой-то неосознаваемый образец.
Как мы в течении этом живем? сопротивляемся какому ритму? Природному ли? И не поперек ли нам тогда ум наш?
Как наше, человеческое, – мысленное и совершаемое в действительности, соотносится со всем природным? Не разрушает ли самоутверждение наше природу? и можно ли на останках природы построить свое будущее?
А природа – это не только гигантское предшествующее нам прошлое, это параллель развития – и живого и неживого (?). Это ответы на наш внутренний, почти самопроизвольный напор вопросов, куда более важные ответы, чем ответы на запросы тела.
Природа нужна нам, жалким или целеустремленным людям, нужна всегда как доказательство реальности своей жизни, потому что созданное нами – доказательство еще тенденциозное, это доказательство нашей жизни, но не нашего пути, направления, общей ориентации.
Нам необходим момент объективности, соотнесенности со всем, имеющим Развитие, нам нужен момент тревоги – оценки.
Нам нужно – все Земное.
Из книги «Мир твой», глава 2

Забываем мы об огромности пространства земли, о необъятной дали, о свежести – разлетающихся в разные стороны неведомых силах, о свободе воздуха вокруг, который видимо переполняет тебя, уравновешивает твою природу и в то же время отделен воздух от всего. Забываем потому, что в свой внутренний мир незаметно «вмещаем» и все эти огромные пространства.
Мы забываем подробности зимних дней, морозных, когда густеет воздух даже ясным днем, когда звонкая тишина соединяет (расширяет?) пространство, мы забываем освещенность зимнего дня, так важную для восприятия самого дня, где мечется контраст между белым снегом и границей дня – далью.
А даль стеной неопределенной и грозной замыкает пространство, и, следовательно, и твои мысли, и само пространство словно рождается сейчас – при падающих снежинках.
Забываясь, мы принижаем значение природы для себя. А эти сумерки зимние, или вечер – под далекой, но светлой луной, эта лиловая разреженная темнота, покрывающая холмы и овраги, далекие дома людей, ближние неровности земли, едва виднеющиеся под луной, эта тишина вокруг с далеким едва слышимым неопределенным шумом, — и вся темная эта местность как бесшумный холодный корабль словно ввысь летит к такой же холодной и безжизненной луне.
А время на земле среди людей замкнулось (запнулось?) в особом ритме. И ритм тот не всегда совпадает с ритмом живой природы – давно уже с нами противоречия неестественные. Мы забываем снегопад, дождь, пасмурное освещение, грязь, потемневшие от воды строения, свое же ощущение мокрого лица, разогретого ходьбой тела, вкус дождевых капель – все единая основа мира.
Природа земли – свет и темнота, воздух, тепло и холод, дождь и снег, озера и реки, сама земля в зеленых и серых тонах – все вызывает в сознании нашем не просто ответ в виде конкретных руководств к действиям, но и оценку, общую, теряющуюся множеством связей со всеми нашими мыслями, совершенно неожиданными, и оценка та смещается, блуждает вокруг каких-то пределов неопределенным пятном, где степень ясности, конечно же, в центре. Это ведь смысл человеческий ускользает, полное знание о себе и природе земли не охватывается.
Что свет и темнота, что сумерки нам? что воздух, свободный и ненасытный, воздух улицы и свободного пространства,
воздух тенистого леса или знойного луга? что тот узкий, но необыкновенно богатый спектр тепла, богатый превращениями именно воды в различные свои состояния? Что вода сама – может быть, самое уязвимое вещество во Вселенной, но для нас самое великое и непонятное в своей простоте? что твердь земная, рождающая плоды, являющаяся основой в самом прямом смысле?
Природа Земли – самый лучший доктор и советчик, природа Земли — это начало наше.
Из книги «Мир твой», глава 4

Природа это наша родина до нас и без нас, это объяснение, которое трудно прочесть.
Самое главное — было когда-то, оно уже в нашем сознании, и сейчас мы лишь удивляемся, оглядываясь назад на природу, удивляемся, что наши болезненные противоречия кажутся преодолеваемыми, наши недоумения и предчувствия посильными, и подсознательный диалог этот нам легок.
Мы удивляемся заполненности жизнью, словно у жизни не было тупиков, словно в безвыходных когда-то ситуациях все же находились выходы, и вот результат этого давления жизни, эта живая природа сейчас нам пример.
Природа это возможность прочесть и себя, ибо мы плоть от плоти.
Мы — результат природы дня, результат давления жизни, и какой поиск ведем, ответ какой ищем — алогичный, мгновенный всеохватностью, ищем, да не прочитывается ответ, потому что чисто человеческое заполнило связи, мы перегружены только своим.
Что было? до того как деревни и города как последние секунды наслоились на сжатое прошлое Природы? В уже существующей жизни как организовались и изменялись эти нервные клетки и изменялись ли? Предпосылки, основу человеческого отобразить как в зависимости или равновесии с внешним миром? Как выплеснулись догадки нашего, разумного уровня взаимоотношения с миром? выплеснулись из проверенных миллионами лет нервной системы животных, и уже Слова так неотразимо и мощно подталкивают нас к Новому, а в словах — и смысл для людей, в словах и самозащита.
Зима всегда неожиданна белым снегом, потому что белое снизу подхватывает взгляд твой, не дает ему основы, белое провоцирует странную свободу; зима всегда радостна нам ощущением собственной силы, потому что зимой — путешествие от уюта, а мы свое лишь помним, строя поведение; зима всегда сурова и слепа, обнажая то оттепель, и видны нам темные пятна деревьев и строений, а воздух неба тяжел и медленен и задевает сжавшуюся белым землю, задевает деревья и дома, и воздуху постоянно тесно. То — снегопад, быстрый всеобщим движением снежинок, и нет ни земли, ни неба, только где-то понизу срезаются летящие снежинки бесследно и бесшумно, то звенит зима еле слышно снежной дорогой и низкими избами, окутанными сугробами, а солнце далекое и низкое, затухающее, и мороз давно пронизывает тебя.
А весна это ожидание открытого тепла, теплых солнечных лучей, ожидание зелени, теплой и мягкой земли, и ожидание твое все сильнее подтверждается всем течением природы, и вот уже блестит под солнцем тающий снег, темнеется внутренней голубизной, и уже проглядывает так понятная в тепле темная земля.
И лето от мягкой земли разрастается зеленым, лето бесконечно теплом, знакомой далью, лето естественно нашим чувствам.
Но скоро уже прохлада вновь застаивается в воздухе,
скоро уже дожди сменяются снегопадом, и в осенние пасмурные дни небо над открытым пространством словно мчит взгляд твой до такой же открытой неуюту дали, и даль низка, и начинается от ног твоих, а небо не смыкается с далью, оно всегда выше и подробно сплошными серо-синими тучами. И из неопределенной пустоты под небом рождаются, ища землю, снежинки.
Это ненасытное условие нашей жизни, природы, это таинство нашего окружения тогда и сейчас, таинство, которому доверяем мы свои извечные вопросы…
Из книги «Мир твой», глава 5

Читайте:  Освещение для растений фитосвет Часть2

Должно быть много значений у этого понятия, включая и те, что доступны нашим чувствам и знаниям, и те, что глубоко недоступны. «Природа» природы доступна только ей самой, мы же набрасываем на нее только схемы.
В самом глубоком значении, может быть, природа едина и целостна до такой степени, что миг каждый — вечность и наоборот, что атом каждый — Вселенная вся, и сопоставимы «они» — дополняемы. Но как? Пока же таинственный наш внутренний мир, отражая «всю» Все¬ленную с ее бесконечными масштабами, лишь видит красоту и строгость, но не продолжает ее, не строит ее. Пока же Великая природа, уравновесив каким-то скрытым значением (и напряжением) наш внутренний мир, любым своим ландшафтом и его состоянием питает и умиротворяет нас.
Где «идеальное» в сознании? во внутреннем мире? И если оно есть в нас (то есть, это — божественное), то оно есть и вне нас — в той природе. Его нужно назвать. Проявляет ли оно себя? например, в морозных узорах на окнах, так схожих с буйной растительностью, узорах, фантастически полно и свободно украшающих в холодную зиму наши окна? Эти подобия водорослей нам — какая-то не чуждая граница. А в предчувствиях? Они неясны, тревожны, они объединяют нас всех чем-то единым, о котором мы только догадываемся; то вдруг предчувствия замысловато проходят перед нами в коротких сюжетах сновидений, причудливо переходящих одно в другое.
Но более непонятное — в «улице», то есть, в масштабе пространства, непосредственно окружающего именно нас вне жилища, в том соотношении дня и тебя самого: непонятна твоя жажда смотреть и невозможность «насмотреться» любым временем года, смотреть, вдыхать этот огромный блистающий или мягкосумеречный мир.
Открытая всем ветрам природа дает твоему взгляду все ответы, но более неосознаваемые..; открытая всему природа едина, и единое «замыкается» как на собственные структуры, включая структуры нашего организма, так и на наше Я, которое все время буквально спотыкается о собственное наслаждение или страдание, о собственную неудовлетворенность, все снимая с ситуаций.
Любое время дня и ночи! Любой ландшафт в любое время года!
Что приходит к нам? Что осознаем как великое и сильное? Осознаем как глубинный смысл жизни своей? Какая целостность соприкасается с нашей — несомненной целостностью? Ведь, действительно, все ответы приходят!
Еще есть сумерки — срез времени, когда время «забывается», когда оно либо с нами, либо отстает или забегает вперед. И странно нам. в собственной инерции. Но сумерки! Как они охватывают все звенящей тишиной! И тишина приобретает формы, запахи, тишина рождает новые реальности.
Да и сам свет — тайна: «часть» его, небольшую, «знаем» мы, «знает» внутренний мир наш, но организм весь, как и внутренний мир, как и все остальное на Земле, пронизывает свет целиком.
Не поторопились ли назвать просто неизвестное — идеальным, вне времени и пространства? Может быть, это только неизвестное нам есть большая часть природных сил?
Из книги «И звук, и свет», 1997

до предела взорван мир, уже до таких пустот, в которых отражается все вещественное богатство, и в которых «изначальная пустота» и рассредоточена /?/. И доказательства ответов, если ищем мы их, — в природе вокруг, природе человека
В основе ответов — одновременно свобода и несвобода, в основе мира — падение и полет.
Голубое звонкое небо в основе, огромное и ненасытное, жесткая и зеленая на поверхности земля в основе, и дождь, и реки, и тонкая-тонкая граница всюду — для доказательств нам.
Ведь первые фразы природа, первые фразы и определяют текст весь, определили его, и, в конечном счете, поверхность-граница отражает богатство дня и ночи, и потому природа — это то, что имеет поверхность. для нас.
И поверхность та — между светом и тьмой, между теплом и холодом, между твердью и небом, между одним и прямо противоположным.
Между светом и тьмой! между свободой и несвободой!
И природу эту мы перестали читать: десятилетия или столетия человек уже становится самодостаточным, интересуясь почти только созданным собой и изредка тем, что прочли далекие предки. А университет природы в языческие времена был единственным /?/ для человека — тысячелетия вырабатывались народные приметы для жизни, для оценок. Да и сам язык общения отражал /истинные/ природные связи, слово само. надстраивалось на всем природном вокруг: как?
Но самое главное — открытый внешний мир в любое время дня, в любое время года одним единственным мгновением восстанавливал скрытую соподчиненность явлений и событий.
Небо, огромное небо не могло не взрастить нас. и мир открытый дыханием нашим — оказывался жадным для нас, оказывался мгновенно понятным и необходимым.
…между городом на высокой горе и речным портом на пространстве в десять минут ходьбы произрастали старые деревья. . с горы утоптанная тропинка вела к большой реке через темный зеленый лес: деревья наверху смыкали свои кроны, и серый спокойный воздух под ними пропитывался запахом лесной почвы, сырости и мокрой древесной коры. Почти всегда летом этот лесной отрезок пути сопровождали тонкие птичьи голоса, а сейчас они звучно перекрывались сильным соловьиным пением.
На окраине леса, почти у берега еще цвела сирень, застывало солнечное тепло, но под открытым небом свежий ветер с тяжелой и теплой поверхности воды так и смешивал все запахи — леса, цветущей сирени и открытого, кружащего голову, водного простора.
. не могло не взрастить нас огромное небо, а мы — всю непридуманную природу осознавали лишь иногда, к случаю.

Источник

Что такое пейзаж в литературе? Определение пейзажа

Пейзаж в литературе выполняет важную функцию. С помощью него автор воплощает свое видение мира. Описание природы – выразительный элемент художественного текста, который позволяет читателю погрузиться в атмосферу повести, новеллы, романа или поэтического произведения. Но, как и другие художественные образы, этот компонент в мировой литературе прошел сложный и долгий путь развития.

Зарождение пейзажа

Пейзаж в литературе, музыке, живописи – это описание городского или сельского ландшафта, горного склона или девственного леса, словом, всего того, что окружает человека. Но если в живописи он является отдельным жанром и зародился еще в древние времена, то в других видах искусства история его началась значительно позже. Важным инструментом для создания идейно-эстетического содержания является пейзаж. В литературе, музыке он давно уже стал предметом изучения многих искусствоведов и критиков. Природа в произведениях великих композиторов получает новое прекрасное звучание. Но ее описание нигде более не имеет столь разнообразного и порою неожиданного назначения, как в прозе и поэзии.

До XVIII пейзаж в литературе почти не существовал. В произведениях Античности и Средневековья ему уделялось мало внимания. Скорее он служил для обозначения места действия. Гуманистические идеи, зародившиеся в эпоху Возрождения, породили необходимость использования художественных форм и средств, с помощью которых можно было бы отразить настроения и чувства человека.

Функции

Огромную роль в прозе и поэзии играет пейзаж. В литературе, музыке, живописи это понятие не равнозначно. В изобразительном искусстве пейзаж – это жанр, в котором главным предметом является первозданная или измененная человеком природа. В музыке – это отражение звуков окружающей среды с помощью музыкальных инструментов. Роль пейзажа в литературе велика потому, что он может нести не только фоновую, но и смысловую нагрузку. В художественном произведении, в зависимости от намерений автора, пейзажное описание может обозначать место действия, создавать определенную атмосферу или раскрывать характер героя.

Таким образом, мощным средством изображения является пейзаж в литературе и живописи. Как сказал Леонардо да Винчи, красоту природы в изобразительном искусстве невозможно услышать, ее можно лишь созерцать. Поэзия и музыка делает ее доступной для слуха.

Русская литература

Пожалуй, нет в русской литературе произведения, в котором отсутствует пейзаж. Классики использовали этот внесюжетный элемент в различных целях. Одним из лучших писателей-пейзажистов мирового значения является Иван Тургенев. С помощью описания природы этот автор показывал, как меняется настроение главного героя. Добивался он этого с помощью весьма динамичных пейзажей: «Сильный ветер внезапно загудел в вышине. Дождь полил ручьями».

Пейзаж в литературе используется также для передачи национального колорита, что можно видеть в романтических произведениях Николая Гоголя. В зависимости от направления, функции пейзажных описаний могут меняться. Так, у того же автора в реалистической прозе изображение окружающего мира служит для раскрытия внутренних тревог и переживаний героя. А в обличительно-сатирической повести «Шинель» холодный петербургский пейзаж, возможно, служит символом жестокого чиновничьего мира.

Городской пейзаж

Все, что окружает человека, за последнее столетие стремительно менялось. Жизнь, в основном концентрируется в крупных населенных пунктах и городах. А оттого и городской пейзаж в литературе получил широкое распространение. Роман «Мастер и Маргарита» начинается именно с описания одного из исторических мест Москвы. Но Михаил Булгаков использует его не только для обозначения места встречи главных героев и начала сюжетной завязки. «Страшный майский вечер» рисует автор с целью создания некой таинственной атмосферы, предвещающей знаменательное страшное событие. В результате читатель уже с первых строк испытывает чувство надвигающейся опасности, которая грозит персонажам романа.

Источник

Природа в литературном стиле

Мы, авторы этой статьи, работаем учителями старших классов и понимаем, как важно и трудно бывает систематизировать материал, подготовить к экзамену и в то же время провести интересный, полноценный, запоминающийся урок. Предлагаемый материал был апробирован нами в несколько этапов.

Апробация на уроках русского языка

Мы, авторы этой статьи, работаем учителями старших классов и понимаем, как важно и трудно бывает систематизировать материал, подготовить к экзамену и в то же время провести интересный, полноценный, запоминающийся урок. Предлагаемый материал был апробирован нами в несколько этапов. Первая часть представляет собой обобщение нашего выступления на круглом столе, проводимой кафедрой филологии ГБОУ Школа № 1363. Вторая часть – уроки русского и литературы – были проведены нами в шести десятых классах нашей школы. Написать изложение за один урок получается с каждым классом. А вот на литературе многое зависит от самих детей: не всегда удается уложить материал в один урок. В случае, если класс слабый и не справляется с объёмом (не остаётся времени на написание аргумента) мы предлагали написать аргумент в качестве домашнего задания или переносили этот вид деятельности на следующий урок в качестве проверочной работы.

Фотография 1. Изложение в 10 классе. Автор: Малышева С.В.

Итак, статья состоит из двух частей:

Теоретическая. «Анализ наиболее часто встречающихся на экзамене проблем по теме: «Природа». Банк аргументов».

Практическая. Разработки конспектов уроков (подготовка к написанию аргумента). «И.С. Тургенев. «Отцы и дети». Анализ эпизода из III главы»

Читайте:  Настроение природы для срисовки

Теоретическая часть. Анализ наиболее часто встречающихся на экзамене проблем по теме: «Природа». Банк аргументов.

Проблема охраны природы:

1. Проблемы экологии. В анализируемых текстах, как правило, поднимается проблема неблаготворного воздействия человека на природу. Часто люди в процессе своей деятельности не принимают во внимание, насколько результаты каждого нашего дела могут быть губительными, разрушительными для природы. В качестве примера из художественной литературы можно привести фантастическую повесть М.А. Булгакова «Роковые яйца». Гениальный ученый, Владимир Ипатьевич Персиков, изобрёл «луч жизни». Но талантливый человек не подумал о том, что в обществе существуют корыстные и необразованные люди. В результате изобретение учёного было использовано не по назначению. Из-за халатности руководителей, ошибок исполнителей произошёл сбой в производстве, и это повлекло за собой экологическую катастрофу: в окрестностях Москвы появились гигантские рептилии.

2. Проблема ответственности человека за происходящее на Земле. А. де Сент-Экзюпери сочинил прекрасную сказку «Маленький принц», которая учит читателя тому, что каждый ответственен за свою планету. Главный герой заставляет читателя задуматься о том, что главное – любить свою планету: вырывать сорняки баобабов, чистить вулканы и заботиться о розе.

3. Проблема соотношения понятий «охота» и «убийство» и проблема отношения к беззащитным животным могут быть раскрыты на примере романа советского писателя Бориса Васильева «Не стреляйте в белых лебедей». Эпизодическими, но важными с точки зрения сюжета героями являются браконьеры. Эти люди потеряли моральный облик. Они готовы убивать беззащитных животных. Только главный герой, Егор Полушкин, противостоит им, к сожалению, ценой собственной жизни. Лесник погибает, пытаясь защитить белых лебедей.

4. Проблема противоречия между деятельностью человека и стремлением сохранить окружающую среду. Порой необходимая для человека деятельность заставляет его причинять природе невосполнимый вред – эта мысль является основной в повести В.П. Астафьева «Царь-рыба». Человек вмешивается в окружающую среду, чтобы создать благоприятные для себя условия. От этого гибнет окружающая его природа. Другим аргументом из литературы может служить поэма А.С. Пушкина «Медный всадник». Петр Первый – великий государственный деятель. Он смог совершить невероятное: осушить болота и построить великолепный город на непригодной для этого местности. Но природа берет свое: наводнения часто случаются в Санкт-Петербурге и уносят жизни людей, разрушают город.

Проблема влияния природы на человека:

1. Красота природы помогает городскому человеку ярче воспринимать окружающий мир, благотворно влияет на его душу, побуждает к творчеству. В качестве примера можно привести рассказ Юрия Яковлева «Разбуженный соловьями». Пение маленькой птицы пробуждает в Селюженке, мальчике со сложным характером, лучшие чувства. Ребёнок не только почувствовал влечение к творчеству (решил заняться лепкой), но и смог адаптироваться в обществе сверстников.

2. Природа как источник духовных сил человека. В данном случае как аргумент может быть приведен роман И.С. Тургенева «Отцы и дети». См. вторую часть статьи.

3. Любовь к родному краю, его природе способствует творчеству и дарит вдохновение. Это прекрасно понимал Лев Николаевич Толстой. Его любимые герои всегда находили понимание и успокоение в природе. Примером является герой романа «Анна Каренина» – Константин Левин. Он чувствует себя увереннее, когда участвует в покосе вместе с мужиками. Именно работа на природе дарит дворянину вдохновение.

4. Проблема любви к природе, родной земле. Что может быть прекрасней родной земли? Никакими самыми экзотическими впечатлениями невозможно затмить любовь к ней. Именно об этом пишет И.А. Бунин в рассказе «Косцы». Читая это произведение, вы попадаете в атмосферу чистоты, сказки. Но в то же время воспоминания о косцах переплетаются с мыслями о прошлом, о России, проникнуты скорбью, потому что ничего нельзя вернуть назад. Воспоминания о родной земле будят в душе автора ностальгические, чистые чувства.

5. Человек, который с детства любит природу (и тонко чувствует ее), очень тяжело переживает, когда природе наносят вред. Главный герой романа Бориса Васильева «Не стреляйте в белых лебедей», Егор Полушкин, ведёт сына в липовую рощу, чтобы показать красоту весеннего леса. Но отец и сын видят погибшие деревья, кору с которых ради заработка ободрали односельчане. Герой болезненно переживает эту утрату. Другим примером может служить пьеса Чехова А.П. «Вишневый сад». Владельцы вишневого сада не готовы продать его под постройку дач. Для них это не просто деревья, а воспоминания, молодость, красота.

Проблема взаимосвязи человека и природы:

1. Примеры того, что мир, который окружает человека, поясняет наше состояние, помогает понять себя, можно найти в разных произведениях русской литературы, например, в романе-эпопее Л.Н. Толстого «Война и мир». Состояние человека отражается в природе (Болконский, эпизод с дубом). Поэтическая натура Наташи Ростовой, ее очарование жизнью, естественность находят отражение в весенней подлунной ночи.

2. На природе современный человек может отрешиться от повседневных забот, очиститься духовно и вспомнить, что он является ее частью. В романе современного писателя Алексея Иванова «Географ глобус пропил». Городской человек, учитель, отправляется с учениками в поход. Именно там, на фоне природы, они смогли осмыслить отношение к жизни, понять свой внутренний мир.

3. Красота природы способна пробудить в человеке чувство любви к Родине, установить с ней неразрывную связь. Героини, ставшие для читателя образцами русских женщин, например, Татьяна Ларина (А.С. Пушкин, роман в стихах «Евгений Онегин»), Лиза Бричкина (Б.Л. Васильев, роман «А зори здесь тихие») воспитаны природой. Обе девушки понимают красоту окружающего мира, с детства чувствуют его красоту. Нравственность героинь во многом обусловлена их близостью к природе.

Проблема взаимодействия человека и природы:

1. Природа помогает человеку избавиться от ощущения одиночества, ощутить радость жизни. Об этом мы читаем в романе И.С. Тургенева «Отцы и дети». Аркадий Кирсанов возвращается домой. Его представления о жизни поменялись, юноша отгородился от отца, от семьи. Но весенняя природа позволяет молодому человеку вернуться к самому себе, почувствовать себя маленьким мальчиком, любящим все вокруг.

2. Источником истинной красоты служит природа; рукотворная красота может быть дорогой, но фальшивой. М.Ю. Лермонтов «Герой нашего времени». В начале главы «Княжна Мери» Печорин описывает кавказский пейзаж: небо, горы, воздух. Читатель понимает, что именно природа является одной из неоспоримых ценностей для героя. Жизнь людей, представителей светского общества, по сравнению с окружающим миром, пуста и фальшива.

Практическая часть. И.С. Тургенев. «Отцы и дети». Анализ эпизода из III главы.

Работа проводится на двух уроках:

Урок русского языка. Тема «Изложение по отрывку из романа И.С. Тургенева «Отцы и дети».

Урок литературы. Тема: «Анализ эпизода из романа Тургенева «Отцы и дети». Создание аргумента для сочинения ЕГЭ»

– личностные: смыслообразование, установление учащимися связи между целью учебной деятельности и ее мотивом, другими словами, между результатом учения и тем, что побуждает деятельность, ради чего она осуществляется; этического оценивания усваиваемого содержания, обеспечивающее личностный моральный выбор на основе социальных и личностных ценностей;

– регулятивные: определение последовательности промежуточных целей с учетом конечного результата; составление плана и последовательности действий; смысловое чтение;

– познавательные: самостоятельное создание способов решения проблем творческого и поискового характера;

– коммуникативные: умение с достаточной полнотой и точностью выражать свои мысли в соответствии с задачами и условиями коммуникации.

Урок 1. Изложение. (Приложение 2)

Текст изложения [1]: отрывок из III главы романа И.С. Тургенева «Отцы и дети» (см. Приложение 3).

1. Словарная работа:

Плотина – сооружение, перегораживающее ток воды, разметанные (крыши) – расположенные далеко друг от друга, вразброс.

Гумно – помещение для сжатого хлеба.

Обтерханные – истрепанные, оборванные.

Клячонка – плохая, заморённая лошадь.

Чибис – небольшая птичка.

Яровые хлеба – однолетние, высеваемые весной.

I. Первое прочтение.

II. Вопросы и задания:

– Определите тип, стиль предложенного отрывка. (Перед нами художественный текст-описание.)

– На сколько частей можно поделить анализируемый отрывок, на чем основано ваше решение? Какой художественный приём лежит в основе соотнесения первого и второго абзацев? (Отрывок делится на две части. Описание в первом абзаце (мрачное, пессимистическое) противопоставлено описанию весеннему, полному жизни и счастья описанию во втором абзаце.)

– Какие части речи преобладают в описательных текстах? Выпишите образы, появляющиеся в первой части отрывка. (В первой части преобладают существительные и зависящие от них прилагательные. Образы первой части: поля, леса, кустарник, овраги, руки, пруды, плотины, избёнки, сарайчики, воротища, гумно, церкви, кресты, кладбища, мужички, клячонки, ракиты, коровы. Образы второй части: «все» (деревья, цветы, травы), птицы (жаворонки, чибисы, грачи)).

– Проанализируйте построение образов в первой части, композицию. В каком порядке они выстроены? (От панорамы к деталям; от природы к человеку; снисходящая градация: от нейтральных образов к образам мрачным, связанным с зимой, нищетой, смертью.)

III. Второе прочтение. Вопросы и задания:

– Чем художественный стиль отличается от остальных стилей? (В художественных текстах авторы создают образы, которые передают эмоции и героев, и автора.)

– Объясните, почему автор часто прибегает в этом описании к словам с уменьшительно-ласкательными суффиксами. (Слова с уменьшительно-ласкательными суффиксами, с одной стороны, помогают смягчить мрачную атмосферу, с другой, показывают, насколько мелочна жизнь человека по сравнению с природой.)

– Какие эпитеты вы отметили? Какую атмосферу они создают? Чьи мысли и чувства передают. («Небольшой», «низкий», «редкий», «худыми», «разметанными», «покривившиеся», «зевающими», «опустелых», «разоренными» и др.)

– Какие сравнения использует автор? Какова их роль? («Как нищие в лохмотьях», «словно обглоданные» – сравнения объединяют человека и природу, помогают увидеть тяжелую зиму, голодную весну.)

– Вторая часть описания наполнена не столько эпитетами, сколько разнообразными глаголами: назовите их. Какова их роль во втором абзаце? (Глаголы: «волновалось», «лоснилось», «заливались», «кричали», «гуляли», «пропадали» и др. – помогают читателю почувствовать, насколько природа отличается от человека, в ней всё живёт, радуется)

IV. Написание изложения.

Урок литературы. Тема: «Анализ эпизода из романа Тургенева «Отцы и дети». Создание аргумента для сочинения ЕГЭ»

V. Обсуждение по вопросам.

К каким проблемам, связанным с понятием «природа», можно подобрать аргумент, используя анализируемый отрывок? (Влияние природы на человека, взаимосвязи природы и человека: природа помогает человеку очиститься духовно, проблема взаимодействия человека и природы: природа помогает ощутить радость жизни.)

Какое место в романе занимает анализируемый эпизод:

– Каких героев мы видим в этом отрывке?

– Из какого города возвратился Аркадий?

– Куда направляются герои?

– Какие чувства испытывает каждый из них и почему?

– Почему мы можем говорить о том, что Аркадий испытывает смешанные чувства?

– Как природа повлияла на молодого человека.

Предварительный вывод: Сформулируйте мини-аргумент: о чем рассказывается в отрывке и как природа повлияла на Аркадия Кирсанова?

Как раскрывается в этом эпизоде социальный аспект идейного содержания:

– О каких конфликтах, раскрывающихся в произведении, вы можете рассказать?

– Чьими глазами мы видим пейзаж: докажите вашу мысль.

– Только ли о бедности крестьян говорит нам пейзаж Тургенева, и только ли о бедности?

– Как вы думаете, какие из фраз в описании «принадлежат» автору, отражают его взгляд? Как мнение автора соотносится с позицией Аркадия?

Анализ мотивов и символов:

– Критики говорят о философском звучании, философской направленности пейзажей Тургенева: картины природы часто связаны с мыслями о жизни и смерти. Докажите эту мысль, опираясь на прочитанный отрывок.

– Какие еще философские мотивы вам удалось увидеть в анализируемом эпизоде?

– Объясните появление образа птиц в последней части описания: почему именно жаворонки, чибисы, грачи имеют для автора такое важное значение; в чем заключается многозначность, символичность этих образов?

Как раскрывается в этом эпизоде философский аспект идейного содержания:

– Прокомментируйте известные слова Базарова: «Природа не храм, а мастерская, и человек в ней работник». Каков их идейный смысл? Каково отношение автора к этому высказыванию? Кто из героев во время поездки выражает подобное мнение?

– Какой конфликт раскрывается в отрывке? Только ли между природой и Базаровым это противостояние?

– Кто одержит победу в этом противостоянии? При каких условиях, по мнению Тургенева, человек может быть счастлив?

(По итогам обсуждения ученики должны понимать, что в маленьком эпизоде раскрываются философские проблемы. Тургеневу удалось показать и омертвелость, черствость души Аркадия, закрывшегося от окружающего мира, и бедственное положение крестьян в поместье Кирсановых и России в целом, и величие природы, стоящей над человеком, живущей по своим вечным законам.)

VI. Вывод: Напишите один из вариантов работы.

Вариант 1. Задание на оценку «удовлетворительно». Выучите аргумент и запишите его по памяти. См. Приложение 4.

Вариант 2. Напишите аргумент по теме «Влияние природы на человека». В своем ответе не забудьте раскрыть следующие аспекты, опираясь на авторскую позицию:

– воздействие природы на человека;

– природа и человек: кто сильнее;

– роль анализируемого эпизода в романе «Отцы и дети»;

– философское и символическое звучание пейзажей Тургенева;

– счастье человека: от чего оно зависит?

Приложение к статье доступно по ссылке.

Список литературы:

1. Тургенев И.С. Отцы и дети. [Электронный ресурс]. URL: http://az.lib.ru/t/turgenew_i_s/text_0040.shtml (дата обращения 06.12.2017).

Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Источник