Нравственные рассказы о природе для детей

Рассказы о природе К. Д. Ушинского

Короткие рассказы, небольшие сказки о природе Ушинского Константина Дмитриевича переносят читателя в наполненный волшебством мир природы, где автор словно кистью художника, в легких строках сказочной прозы описывает природу разного времени года.

Природа в рассказах и сказках для детей поучительна в описании и диалогах героев, учит добру, где простыми словами автор передаёт журчание ручья, пение птиц, шум леса и многие другие природные явления в воспитательно-нравственном контексте.

Рассказы о растениях и животных

Рассказы о временах года

Природа в коротких рассказах

Летом в лесу

Хорошо в лесу в жаркий полдень. Чего тут только не увидишь! Высокие сосны развесили иглистые вершины. Елочки выгибают колючие ветки. Красуется кудрявая березка с душистыми листочками. Дрожит серая осина. Коренастый дуб раскинул вырезные листья. Из травы глядит глазок земляники. Рядом краснеет душистая ягодка.

Сережки ландыша качаются между длинными, гладкими листьями. Крепким носом стучит по стволу дятел. Кричит иволга. Мелькнула пушистым хвостом цепкая белка. Далеко в чаше раздается треск. Уж не медведь ли это?

На поле летом

Весело на поле, привольно на широком! До синей полосы далекого леса точно бегут по холмам разноцветные нивы. Волнуется золотистая рожь; вдыхает она крепительный воздух. Синеет молодой овес; белеет цветущая гречиха с красными стебельками, с бело-розовыми, медовыми цветочками. Подальше от дороги запрятался кудрявый горох, а за ним бледно-зеленая полоска льна с голубоватыми глазками. На другой стороне дороги чернеют поля под струящимся паром.

Жаворонок трепещется над рожью, а острокрылый орел зорко смотрит с вышины: видит он и крикливую перепелку в густой ржи, видит он и полевую мышку, как она спешит в свою нору с зернышком, упавшим из спелого колоса. Повсюду трещат сотни невидимых кузнечиков.

Утренние лучи

Выплыло на небо красное солнышко и стало рассылать повсюду свои золотые лучи — будить землю.
Первый луч полетел и попал на жаворонка. Встрепенулся жаворонок, выпорхнул из гнездышка, поднялся высоко, высоко и запел свою серебряную песенку: «Ах, как хорошо в свежем утреннем воздухе! Как хорошо! Как привольно!»
Второй луч попал на зайчика. Передернул ушами зайчик и весело запрыгал по росистому лугу: побежал он добывать себе сочной травки на завтрак.
Третий луч попал в курятник. Петух захлопал крыльями и запел: ку-ка-ре-ку! Куры слетели с нашестей, закудахтали, стали разгребать сор и червяков искать. Четвертый луч попал в улей. Выползла пчелка из восковой кельи, села на окошечко, расправила крылья и — зум-зум-зум! — полетела собирать медок с душистых цветов.
Пятый луч попал в детскую, на постельку к маленькому лентяю: режет ему прямо в глаза, а он повернулся на другой бок и опять заснул.

Земля кормит человека, но кормит не даром. Много должны потрудиться люди, чтобы поле вместо травы, годной только для скота, дало рожь для чёрного хлеба, пшеницу для булки, гречу и просо для каши.

Сначала земледелец пашет поле сохою, если не нужно пахать глубоко, или плугом, если пашет новину, или такое поле, что его пахать нужно глубже. Соха легче плуга, и в неё запрягают одну лошадку. Плуг гораздо тяжелее сохи, берёт глубже, и в него впрягают несколько пар лошадей или волов.

Вспахано поле; всё оно покрылось большими глыбами земли. Но этого ещё мало. Если поле новое или земля сама по себе очень жирна, то навоза не надобно; но если на ниве что-нибудь уже было сеяно и она истощилась, то её надобно удобрить навозом.

Навоз вывозят крестьяне на поле осенью или весною и разбрасывают кучками. Но в кучках навоз мало принесёт пользы: надобно его запахать сохою в землю.

Вот навоз перегнил; но сеять всё ещё нельзя. Земля лежит комьями, а для зёрнушка надобно мягкую постельку. Выезжают крестьяне на поле с зубчатыми боронами: боронят, пока все комья разобьются, и тогда только начинают сеять.

Сеют или весною, или осенью. Осенью сеют озимый хлеб: рожь и озимую пшеницу. Весною сеют яровой хлеб: ячмень, овёс, просо, гречиху и яровую пшеницу.

Озимь всходит ещё с осени, и когда на лугах трава уже давно пожелтела, тогда озимые поля покрываются всходами, словно зелёным бархатом. Жалко смотреть, как падает снег на такое бархатное поле. Молодые листочки озими под снегом скоро вянут; но тем лучше растут корешки, кустятся и глубже идут в землю. Всю зиму просидит озимь под снегом, а весною, когда снег сойдёт и солнышко пригреет, пустит новые стебельки, новые листки, крепче, здоровее прежних. Дурно только, если начнутся морозы прежде, чем ляжет снег; тогда, пожалуй, озимь может вымерзнуть. Вот почему крестьяне боятся морозов без снега и не жалеют, а радуются, когда озимь прикрывается на зиму толстым снежным одеялом.

Ветер и солнце

Однажды Солнце и сердитый северный Ветер затеяли спор о том, кто из них сильнее. Долго спорили они и, наконец, решились померяться силами над путешественником, который в это самое время ехал верхом по большой дороге.
— Посмотри, — сказал Ветер, — как я налечу на него: мигом сорву с него плащ.
Сказал, — и начал дуть, что было мочи. Но чем более старался Ветер, тем крепче закутывался путешественник в свой плащ: он ворчал на непогоду, но ехал всё дальше и дальше. Ветер сердился, свирепел, осыпал бедного путника дождем и снегом; проклиная Ветер, путешественник надел свой плащ в рукава и подвязался поясом. Тут уж Ветер и сам убедился, что ему плаща не сдернуть.
Солнце, видя бессилие своего соперника, улыбнулось, выглянуло из-за облаков, обогрело, осушило землю, а вместе с тем и бедного полузамерзшего путешественника. Почувствовав теплоту солнечных лучей, он приободрился, благословил Солнце, сам снял свой плащ, свернул его и привязал к седлу.
— Видишь ли, — сказало тогда кроткое Солнце сердитому Ветру, — лаской и добротой можно сделать гораздо более, чем гневом.

Четыре желания

Митя накатался на саночках с ледяной горы и на коньках по замёрзшей реке, прибежал домой румяный, весёлый и говорит отцу:
— Уж как весело зимой! Я бы хотел, чтобы всё зима была!
— Запиши твоё желание в мою карманную книжку,— сказал отец.
Митя записал.
Пришла весна. Митя вволю набегался за пёстрыми бабочками по зелёному лугу, нарвал цветов, прибежал к отцу и говорит:
— Что за прелесть эта весна! Я бы желал, чтобы всё весна была.
Отец опять вынул книжку и приказал Мите записать своё желание.
Настало лето. Митя с отцом отправились на сенокос. Весь длинный день веселился мальчик: ловил рыбу, набрал ягод, кувыркался в душистом сене и вечером сказал отцу:
— Вот уж сегодня я повеселился вволю! Я бы желал, чтобы лету конца не было!
И это желание Мити было записано в ту же книжку. Наступила осень. В саду собирали плоды — румяные яблоки и жёлтые груши. Митя был в восторге и говорил отцу:
— Осень лучше всех времён года!
Тогда отец вынул свою записную книжку и показал мальчику, что он то же самое говорил и о весне, и о зиме, и о лете.

Источник



Рассказы о природе для школьников

Рассказы о природе для школьников

Интересные рассказы о лесных животных, рассказы о птицах, рассказы о временах года. Увлекательные лесные истории для детей среднего школьного возраста.

Михаил Пришвин

ЛЕСНОЙ ДОКТОР

Мы бродили весной в лесу и наблюдали жизнь дупляных птиц: дятлов, сов. Вдруг в той стороне, где у нас раньше было намечено интересное дерево, мы услышали звук пилы. То была, как нам говорили, заготовка дров из сухостойного леса для стеклянного завода. Мы побоялись за наше дерево, поспешили на звук пилы, но было уже поздно: наша осина лежала, и вокруг её пня было множество пустых еловых шишек. Это всё дятел отшелушил за долгую зиму, собирал, носил на эту осинку, закладывал между двумя суками своей мастерской и долбил. Около пня, на срезанной нашей осине, два паренька только и занимались тем, что пилили лес.

Читайте:  Место слияния Оки и Волги достойно статуса геопарка ЮНЕСКО

— Эх вы, проказники! — сказали мы и указали им на срезанную осину. — Вам велено сухостойные деревья, а вы что сделали?

— Дятел дырки наделал, — ответили ребята. — Мы поглядели и, конечно, спилили. Всё равно пропадёт.

Стали все вместе осматривать дерево. Оно было совсем свежее, и только на небольшом пространстве, не более метра в длину, внутри ствола прошёл червяк. Дятел, очевидно, выслушал осину, как доктор: выстукал её своим клювом, понял пустоту, оставляемую червём, и приступил к операции извлечения червя. И второй раз, и третий, и четвёртый. Нетолстый ствол осины походил на свирель с клапанами. Семь дырок сделал «хирург» и только на восьмой захватил червяка, вытащил и спас осину.

Мы вырезали этот кусок, как замечательный экспонат для музея.

— Видите, — сказали мы ребятам, — дятел — это лесной доктор, он спас осину, и она бы жила и жила, а вы её срезали.

Михаил Пришвин.

БЕЛИЧЬЯ ПАМЯТЬ

Сегодня, разглядывая на снегу следы зверушек и птиц, вот что я по этим следам прочитал: белка пробилась сквозь снег в мох, достала там с осени спрятанные два ореха, тут же их съела — я скорлупки нашёл. Потом отбежала десяток метров, опять нырнула, опять оставила на снегу скорлупу и через несколько метров сделала третью полазку.

Что за чудо? Нельзя же подумать, чтобы она чуяла запах ореха через толстый слой снега и льда. Значит, помнила с осени о своих орехах и точное расстояние между ними.

Но самое удивительное — она не могла отмеривать, как мы, сантиметры, а прямо на глаз с точностью определяла, ныряла и доставала. Ну как было не позавидовать беличьей памяти и смекалке!

Георгий Скребицкий

ЛЕСНОЙ ГОЛОСОК

Солнечный день в самом начале лета. Я брожу неподалёку от дома, в берёзовом перелеске. Всё кругом будто купается, плещется в золотистых волнах тепла и света. Надо мной струятся ветви берёз. Листья на них кажутся то изумрудно-зелёными, то совсем золотыми. А внизу, под берёзами, по траве тоже, как волны, бегут и струятся лёгкие синеватые тени. И светлые зайчики, как отражения солнца в воде, бегут один за другим по траве, по дорожке.

Солнце и в небе, и на земле. И от этого становится так хорошо, так весело, что хочется убежать куда-то вдаль, туда, где стволы молодых берёзок так и сверкают своей ослепительной белизной.

И вдруг из этой солнечной дали мне послышался знакомый лесной голосок: «Ку-ку, ку-ку!»

Кукушка! Я уже слышал её много раз, но никогда ещё не видал даже на картинке. Какая она из себя? Мне почему-то она казалась толстенькой, головастой, вроде совы. Но, может, она совсем не такая? Побегу — погляжу.

Увы, это оказалось совсем не просто. Я — к ней на голос. А она замолчит, и вот снова: «Ку-ку, ку-ку», но уже совсем в другом месте.

Как же её увидеть? Я остановился в раздумье. А может, она играет со мною в прятки? Она прячется, а я ищу. А давай-ка играть наоборот: теперь я спрячусь, а ты поищи.

Я залез в куст орешника и тоже кукукнул раз, другой. Кукушка замолкла, может, ищет меня? Сижу молчу и я, у самого даже сердце колотится от волнения. И вдруг где-то неподалёку: «Ку-ку, ку-ку!»

Я — молчок: поищи-ка лучше, не кричи на весь лес.

А она уже совсем близко: «Ку-ку, ку-ку!»

Гляжу: через поляну летит какая-то птица, хвост длинный, сама серая, только грудка в тёмных пестринках. Наверное, ястребёнок. Такой у нас во дворе за воробьями охотится. Подлетел к соседнему дереву, сел на сучок, пригнулся да как закричит: «Ку-ку, ку-ку!»

Кукушка! Вот так раз! Значит, она не на сову, а на ястребка похожа.

Я как кукукну ей из куста в ответ! С перепугу она чуть с дерева не свалилась, сразу вниз с сучка метнулась, шмыг куда-то в лесную чащу, только её я и видел.

Но мне и видеть её больше не надо. Вот я и разгадал лесную загадку, да к тому же и сам в первый раз заговорил с птицей на её родном языке.

Так звонкий лесной голосок кукушки открыл мне первую тайну леса. И с тех пор вот уж полвека я брожу зимою и летом по глухим нехоженым тропам и открываю всё новые и новые тайны. И нет конца этим извилистым тропам, и нет конца тайнам родной природы.

Константин Ушинский

ЧЕТЫРЕ ЖЕЛАНИЯ

Витя накатался на саночках с ледяной горы и на коньках по замёрзшей реке, прибежал домой румяный, весёлый и говорит отцу:

— Уж как весело зимой! Я бы хотел, чтобы всё зима была!

— Запиши твоё желание в мою карманную книжку, — сказал отец.

Пришла весна. Митя вволю набегался за пёстрыми бабочками по зелёному лугу, нарвал цветов, прибежал к отцу и говорит:

— Что за прелесть эта весна! Я бы желал, чтобы всё весна была.

Отец опять вынул книжку и приказал Мите записать своё желание.

Настало лето. Митя с отцом отправились на сенокос. Весь длинный день веселился мальчик: ловил рыбу, набрал ягод, кувыркался в душистом сене и вечером сказал отцу:

— Вот уж сегодня я повеселился вволю! Я бы желал, чтобы лету конца не было!

И это желание Мити было записано в ту же книжку.

Наступила осень. В саду собирали плоды — румяные яблоки и жёлтые груши. Митя был в восторге и говорил отцу:

— Осень лучше всех времён года!

Тогда отец вынул свою записную книжку и показал мальчику, что он то же самое говорил и о весне, и о зиме, и о лете.

Вера Чаплина

КРЫЛАТЫЙ БУДИЛЬНИК

У Серёжи радость. Он с мамой и папой переехал в новый дом. Теперь у них квартира из двух комнат. Одна комната с балконом, в ней поселились родители, а в другой — Серёжа.

Серёжа огорчился, что в комнате, где он будет жить, балкона нет.

— Ничего, — сказал папа. — Зато мы сделаем кормушку для птиц, и ты будешь зимой их кормить.

— Вот и станут летать одни воробьи, — недовольно возразил Серёжа. — Ребята говорят, они вредные, и из рогаток их стреляют.

— А ты не повторяй глупостей! — рассердился отец. — В городе воробьи полезные. Они своих птенцов гусеницами кормят, а выводят птенцов за лето два-три раза. Вот и считай, сколько от них пользы. Тот же, кто птиц из рогаток стреляет, никогда не будет настоящим охотником.

Серёжа промолчал. Ему не хотелось говорить, что он тоже стрелял из рогатки птиц. А быть охотником ему очень хотелось, и обязательно таким, как папа. Так же метко стрелять и так же всё узнавать по следам.

Своё обещание папа выполнил, и в первый выходной день они принялись за работу. Серёжа подавал гвозди, дощечки, а папа их строгал и сколачивал.

Когда работа была закончена, папа взял кормушку и прибил её под самой форточкой. Он сделал это специально, чтобы зимой через форточку насыпать птицам еду. Мама похвалила их работу, а про Серёжу и говорить нечего: теперь ему самому понравилась затея отца.

— Папа, а скоро мы начнём кормить птиц? — спросил он, когда всё было готово. — Ведь зима ещё не наступила.

— Зачем же зиму ждать? — ответил папа. — Теперь же и начнём. Ты думаешь, как насыпал корм, так все воробьи его клевать слетятся! Нет, братец, сначала их приучить нужно. Воробей хоть и живёт около человека, а птица осторожная.

Читайте:  Надо мной потрудилась природа

И верно, как папа сказал, так и получилось. Каждое утро Серёжа сыпал в кормушки разные крошки, зёрна, а воробьи даже близко к ней не подлетали. Они садились поодаль, на большой тополь, и сидели на нём.

Серёжа был очень огорчён. Он и правда думал, что, как насыплет корм, воробьи мигом слетятся к окну.

— Ничего, — утешал его папа. — Вот увидят, что их никто не обижает, и перестанут бояться. Ты только около окна не торчи.

Все советы отца Серёжа выполнял в точности. А вскоре стал замечать, что с каждым днём птицы становились всё смелей и смелей. Теперь они уже садились на ближние ветки тополя, потом вовсе расхрабрились и начали слетаться на столик.

А как осторожно они это делали! Пролетят мимо раз, другой, увидят, что опасности нет, кусочек хлеба схватят и скорей с ним в укромное местечко отлетят. Склюют там потихоньку, чтобы никто не отнял, и опять к кормушке летят.

Пока была осень, Серёжа кормил воробьёв хлебом, но, когда наступила зима, он стал давать им ещё зерно. Потому что хлеб быстро замерзал, воробьи не успевали его склевать и оставались голодные.

Серёжа очень жалел воробьёв, особенно когда начинались сильные морозы. Бедняги сидели взъерошенные, неподвижные, подобрав под себя замёрзшие лапки, и терпеливо ожидали угощения.

Зато как радовались они Серёже! Стоило ему подойти к окну, как они, громко чирикая, слетались со всех сторон и спешили скорей позавтракать. В морозные дни Серёжа по нескольку раз кормил своих пернатых друзей. Ведь сытой птице и холод переносить легче.

Первое время к Серёжиной кормушке прилетали одни воробьи, но вот однажды он заметил среди них синичку. Видно, зимняя стужа тоже загнала её сюда. А как увидела синичка, что здесь можно поживиться, стала прилетать каждый день.

Серёжа радовался, что новая гостья так охотно посещает его столовую. Он где-то читал, будто синицы любят сало. Достал кусочек, а чтобы не утащили его воробьи, подвесил на ниточке, как научил папа.

Синичка мигом догадалась, что это угощение припасли для неё. Тут же уцепилась за сало лапками, клюёт, а сама словно на качелях качается. Долго клевала. Сразу видно, что это лакомство пришлось ей по вкусу.

Кормил Серёжа своих птиц всегда утром и всегда в одно и то же время. Как прозвонит будильник, он вставал и насыпал в кормушку еду.

Воробьи это время уже ждали, но особенно ждала синичка. Она появлялась неизвестно откуда и смело опускалась на столик. К тому же птичка оказалась очень смекалистой. Это она разобралась первая, что, если утром стукнула Серёжина форточка, надо спешить к завтраку. Притом она никогда не ошибалась и, если стучала форточка у соседей, не прилетала.

Но не только этим отличалась догадливая птица. Однажды случилось так, что будильник испортился. Что он испортился, никто не знал. Даже мама не знала. Она могла проспать и опоздать на работу, если бы не синица.

Прилетела птичка завтракать, видит — никто форточку не открывает, никто еду не сыплет. Попрыгала она с воробьями по пустому столику, попрыгала и стала клювом по стеклу стучать: «Давайте, мол, кушать скорей!» Да так усердно стучала, что Серёжа проснулся. Проснулся и понять не может, почему синичка в окно стучит. Потом подумал — наверное, она голодная и есть просит.

Встал. Насыпал птицам еду, смотрит, а на стенных часах стрелки уже почти девять показывают. Тут Серёжа маму, папу разбудил и скорее в школу побежал.

С этих пор синичка каждое утро к нему в окно стучать повадилась. И стучала-то как — ровно в восемь. Будто по часам это время угадывала!

Бывало, только постучит она клювиком, Серёжа скорее с постели вскакивал — одеваться спешил. Ещё бы, ведь до тех пор стучаться будет, пока ей корму не дашь. Мама — и та смеялась:

— Ишь, будильник прилетел!

— Молодец, сынок! Такого будильника ни в одном магазине не сыщешь. Выходит, ты недаром трудился.

Всю зиму синичка будила Серёжу, а когда наступила весна, она улетела в лес. Ведь там, в лесу, синицы строят гнёзда и выводят птенцов. Наверное, и Серёжина синичка тоже полетела выводить птенцов. А к осени, когда они будут взрослые, снова вернётся к Серёжиной кормушке, да, быть может, не одна, а со всем семейством, и опять станет будить его по утрам в школу.

Источник

Первые детские книги о природе

Среди всего многообразия жанров детской литературы особое место отдано произведениям о природе. Невозможно переоценить их вклад в воспитание ребёнка: такие книги учат бережно относиться к окружающему миру, сохранять природу и чувствовать её.

Возможно, для многих произведения о природе остались в памяти как тексты для диктантов в школе – длинные предложения без сюжета с целым ворохом сложных знаков препинания. Однако это не совсем так.

При другом подходе к таким книгам можно заново открыть давно привычные окружающие нас вещи. Благодаря зарисовкам талантливых писателей, мы можем почувствовать настроение природы, найти отклик в своей душе и снова стать с ней единым целым. Поэтому сегодня предлагаем вам вспомнить известных русских авторов-натуралистов, рассказы которых гарантировано не оставят вас равнодушными.

1. Михаил Пришвин

Михаил Михайлович Пришвин (1873-1954 гг.) считается непревзойдённым мастером короткого жанра. Его многие натуралистические очерки, детские и охотничьи рассказы характеризуются необыкновенно близким пониманием природы, гармонично сочетают реализм и романтизм.

Михаил Пришвин обладал чёткостью наблюдений натуралиста и художника, высокой нравственностью, ярким и образным языком. Поэтому его произведения знакомы каждому с детства. Среди них – «В краю непуганых птиц», «За волшебным колобком», «Времена года», «Кладовая солнца», «Корабельная чаща», «Лесная капель».

2. Константин Паустовский

В небольших рассказах Константина Георгиевича Паустовского (1892-1968 гг.) можно встретить невероятные описания природы во всех её проявлениях. В его лёгких и доступных строках она оживает и переносит читателя в свои владения. Писатель повествует о жизни ребят и взрослых, домашних и диких зверей.

Описывая природу, Константин Паустовский выражает свои патриотические чувства к родной стране и людям, которые в ней живут. Пожалуй, всем известны его детские рассказы «Тёплый хлеб», «Заячьи лапы», «Собрание чудес», «Стальное колечко», «Растрёпанный воробей». Однако не менее популярны и его произведения для более взрослой аудитории, такие как «Золотая роза», «Повесть о жизни».

3. Дмитрий Мамин-Сибиряк

Без сказок Дмитрия Наркисовича Мамина-Сибиряка (1852-1912 гг.) невозможно представить знакомство с детской краеведческой литературой. Псевдоним «Сибиряк» отражает всю любовь писателя к сибирской природе, ведь судьба с ранних лет связала его с этим первозданным регионом, которые он впоследствии воспевал в своих произведениях.

А известные «Алёнушкины сказки», написанные сначала для своей дочери и ставшие затем общественным достоянием, переплетают любовь Дмитрия Мамина-Сибиряка к природе и желание привить детям нравственные воззрения, научить ценить дружбу, преодолевать свои страхи и эгоизм. «Серая шейка», «Сказка про Храброго Зайца-длинные уши, косые глаза, короткий хвост», «Про Комара Комаровича-длинный нос и про мохнатого Мишу-короткий хвост», «Сказка про славного царя Гороха» – все эти сказки навсегда останутся одними из лучших произведений для детского чтения.

4. Константин Ушинский

Русский педагог и писатель Константин Дмитриевич Ушинский (1823-1870 гг.) полагал, что детей необходимо знакомить с народной культурой и природой с самого раннего детства. Поэтому он написал множество коротких рассказов о временах года, животных, растениях и человеке. Его сказки систематизируют и дополняют уже имеющиеся знания ребёнка о мире. Они наполнены патриотическими чувствами к родному краю, учат добру и бережному отношению к природе.

Благодаря простому слогу и небольшому объёму, сказки Константина Ушинского – например, «Лиса Патрикеевна», «Плутишка кот», «Петушок с семьёй», «Ветер и солнце» – можно читать детям с младенчества.

5. Виталий Бианки

Книги Виталия Валентиновича Бианки (1894-1959 гг.) раскрывают для маленьких читателей удивительный мир природы. Его заметки о живой природе стали основой более, чем 300 произведений: сказок, рассказов, повестей и книг. Лёгкий и образный язык писателя, его обращение к фольклорным традициям и умение подмечать малейшие изменения в природе и поведении животных сделали его творения любимыми для многих поколений читателей.

Читайте:  Призыв назад к природе принадлежит кому

К известным произведениям Виталия Бианки относят «По следам», «Рассказы об охоте», «Кто чем поёт?», «Оранжевое горлышко», «Хвосты», «Мышонок Пик» и многие другие детские сказки.

А какие детские рассказы о природе помните вы? Пишите в комментариях и не забывайте подписываться на канал «Море идей»!

Источник

Нравственные рассказы о природе для детей

Короткие рассказы, небольшие сказки о природе Ушинского Константина Дмитриевича переносят читателя в наполненный волшебством мир природы, где автор словно кистью художника, в легких строках сказочной прозы описывает природу разного времени года.

Природа в рассказах и сказках для детей поучительна в описании и диалогах героев, учит добру, где простыми словами автор передаёт журчание ручья, пение птиц, шум леса и многие другие природные явления в воспитательно-нравственном контексте.

Рассказы о растениях и животных

Рассказы о временах года

Природа в коротких рассказах

Летом в лесу

Хорошо в лесу в жаркий полдень. Чего тут только не увидишь! Высокие сосны развесили иглистые вершины. Елочки выгибают колючие ветки. Красуется кудрявая березка с душистыми листочками. Дрожит серая осина. Коренастый дуб раскинул вырезные листья. Из травы глядит глазок земляники. Рядом краснеет душистая ягодка.

Сережки ландыша качаются между длинными, гладкими листьями. Крепким носом стучит по стволу дятел. Кричит иволга. Мелькнула пушистым хвостом цепкая белка. Далеко в чаше раздается треск. Уж не медведь ли это?

На поле летом

Весело на поле, привольно на широком! До синей полосы далекого леса точно бегут по холмам разноцветные нивы. Волнуется золотистая рожь; вдыхает она крепительный воздух. Синеет молодой овес; белеет цветущая гречиха с красными стебельками, с бело-розовыми, медовыми цветочками. Подальше от дороги запрятался кудрявый горох, а за ним бледно-зеленая полоска льна с голубоватыми глазками. На другой стороне дороги чернеют поля под струящимся паром.

Жаворонок трепещется над рожью, а острокрылый орел зорко смотрит с вышины: видит он и крикливую перепелку в густой ржи, видит он и полевую мышку, как она спешит в свою нору с зернышком, упавшим из спелого колоса. Повсюду трещат сотни невидимых кузнечиков.

Утренние лучи

Выплыло на небо красное солнышко и стало рассылать повсюду свои золотые лучи — будить землю.
Первый луч полетел и попал на жаворонка. Встрепенулся жаворонок, выпорхнул из гнездышка, поднялся высоко, высоко и запел свою серебряную песенку: «Ах, как хорошо в свежем утреннем воздухе! Как хорошо! Как привольно!»
Второй луч попал на зайчика. Передернул ушами зайчик и весело запрыгал по росистому лугу: побежал он добывать себе сочной травки на завтрак.
Третий луч попал в курятник. Петух захлопал крыльями и запел: ку-ка-ре-ку! Куры слетели с нашестей, закудахтали, стали разгребать сор и червяков искать. Четвертый луч попал в улей. Выползла пчелка из восковой кельи, села на окошечко, расправила крылья и — зум-зум-зум! — полетела собирать медок с душистых цветов.
Пятый луч попал в детскую, на постельку к маленькому лентяю: режет ему прямо в глаза, а он повернулся на другой бок и опять заснул.

Земля кормит человека, но кормит не даром. Много должны потрудиться люди, чтобы поле вместо травы, годной только для скота, дало рожь для чёрного хлеба, пшеницу для булки, гречу и просо для каши.

Сначала земледелец пашет поле сохою, если не нужно пахать глубоко, или плугом, если пашет новину, или такое поле, что его пахать нужно глубже. Соха легче плуга, и в неё запрягают одну лошадку. Плуг гораздо тяжелее сохи, берёт глубже, и в него впрягают несколько пар лошадей или волов.

Вспахано поле; всё оно покрылось большими глыбами земли. Но этого ещё мало. Если поле новое или земля сама по себе очень жирна, то навоза не надобно; но если на ниве что-нибудь уже было сеяно и она истощилась, то её надобно удобрить навозом.

Навоз вывозят крестьяне на поле осенью или весною и разбрасывают кучками. Но в кучках навоз мало принесёт пользы: надобно его запахать сохою в землю.

Вот навоз перегнил; но сеять всё ещё нельзя. Земля лежит комьями, а для зёрнушка надобно мягкую постельку. Выезжают крестьяне на поле с зубчатыми боронами: боронят, пока все комья разобьются, и тогда только начинают сеять.

Сеют или весною, или осенью. Осенью сеют озимый хлеб: рожь и озимую пшеницу. Весною сеют яровой хлеб: ячмень, овёс, просо, гречиху и яровую пшеницу.

Озимь всходит ещё с осени, и когда на лугах трава уже давно пожелтела, тогда озимые поля покрываются всходами, словно зелёным бархатом. Жалко смотреть, как падает снег на такое бархатное поле. Молодые листочки озими под снегом скоро вянут; но тем лучше растут корешки, кустятся и глубже идут в землю. Всю зиму просидит озимь под снегом, а весною, когда снег сойдёт и солнышко пригреет, пустит новые стебельки, новые листки, крепче, здоровее прежних. Дурно только, если начнутся морозы прежде, чем ляжет снег; тогда, пожалуй, озимь может вымерзнуть. Вот почему крестьяне боятся морозов без снега и не жалеют, а радуются, когда озимь прикрывается на зиму толстым снежным одеялом.

Ветер и солнце

Однажды Солнце и сердитый северный Ветер затеяли спор о том, кто из них сильнее. Долго спорили они и, наконец, решились померяться силами над путешественником, который в это самое время ехал верхом по большой дороге.
— Посмотри, — сказал Ветер, — как я налечу на него: мигом сорву с него плащ.
Сказал, — и начал дуть, что было мочи. Но чем более старался Ветер, тем крепче закутывался путешественник в свой плащ: он ворчал на непогоду, но ехал всё дальше и дальше. Ветер сердился, свирепел, осыпал бедного путника дождем и снегом; проклиная Ветер, путешественник надел свой плащ в рукава и подвязался поясом. Тут уж Ветер и сам убедился, что ему плаща не сдернуть.
Солнце, видя бессилие своего соперника, улыбнулось, выглянуло из-за облаков, обогрело, осушило землю, а вместе с тем и бедного полузамерзшего путешественника. Почувствовав теплоту солнечных лучей, он приободрился, благословил Солнце, сам снял свой плащ, свернул его и привязал к седлу.
— Видишь ли, — сказало тогда кроткое Солнце сердитому Ветру, — лаской и добротой можно сделать гораздо более, чем гневом.

Четыре желания

Митя накатался на саночках с ледяной горы и на коньках по замёрзшей реке, прибежал домой румяный, весёлый и говорит отцу:
— Уж как весело зимой! Я бы хотел, чтобы всё зима была!
— Запиши твоё желание в мою карманную книжку,— сказал отец.
Митя записал.
Пришла весна. Митя вволю набегался за пёстрыми бабочками по зелёному лугу, нарвал цветов, прибежал к отцу и говорит:
— Что за прелесть эта весна! Я бы желал, чтобы всё весна была.
Отец опять вынул книжку и приказал Мите записать своё желание.
Настало лето. Митя с отцом отправились на сенокос. Весь длинный день веселился мальчик: ловил рыбу, набрал ягод, кувыркался в душистом сене и вечером сказал отцу:
— Вот уж сегодня я повеселился вволю! Я бы желал, чтобы лету конца не было!
И это желание Мити было записано в ту же книжку. Наступила осень. В саду собирали плоды — румяные яблоки и жёлтые груши. Митя был в восторге и говорил отцу:
— Осень лучше всех времён года!
Тогда отец вынул свою записную книжку и показал мальчику, что он то же самое говорил и о весне, и о зиме, и о лете.

Источник